Не назвала бы девчонка его “дядей Халлтором”, если бы видела впервые, не бросилась бы обнимать, если бы знала — перед ней чужак, который тащит за собой целый хвост проблем.

Для нее он родной и близкий человек, а уж дети, как никто другой, чувствуют острее. Они всегда больше полагаются на чутье.

— Можно подумать, для своей семьи ты бы не сделал то же самое!

— А ты забавная, ягодка.

И кто из нас теперь “забавный”, волк? Ведь я вижу, что ты бы ради них прыгнул даже в объятья кромешного мрака.

— Так зачем ты здесь, брат? — Виго останавливается у корабля и похлопывает его по гладкому боку.

— Мне нужно добраться до старого схрона нашей семьи.

Мужчина удивленно вскидывает брови и смотрит на Халлтора так, будто вообще видит впервые.

— Ты с ума сошел?

— Сейчас оружие из огневика не достать, а у меня нет времени искать мастера, чтобы изготовить его.

Виго скрещивает руки на груди и переводит взгляд на меня. Халлтор, уловив его настроение, хочет вмешаться, но брат останавливает его взмахом руки.

— Ничего не хочешь мне рассказать, м?

Я запинаюсь на полуслове, потому что вижу в глубине янтарных радужек самые настоящие бури, что вот-вот обрушатся на мою голову.

— Моя семья попала в беду из-за меня, — слова даются с трудом, будто я выталкиваю из горла колючки. — Они могут оказаться в заложниках у капитана-регента Таселау, — понижаю голос до шепота и утыкаюсь взглядом под ноги, где песчинки, гонимые ветром, вертятся в причудливом танце. — Я попросила помощи у Халлтора.

— Очень удобно, учитывая, что он не может отказать!

— Виго, не надо…

— Что “не надо”? — мужчина опирается спиной на борт корабля и закидывает руки за голову. — Она ведь про Альгира говорит, очнись! Я даже не думал, что ты в Таселау за женщиной идешь, а теперь все на места встало. Это самоубийство — он только и ждет, когда ты попадешь в его сети! Этот сукин выродок охотится за тобой слишком давно.

— Я пообещал, — отрезал волк. — И сдержу слово.

Виго сплевывает на землю, и кажется, что сейчас он испепелит меня на месте.

— Чтоб тебя, Халл, — мужчина ведет плечами и тяжело вздыхает. — Я дам ей оружие. Не спорь! Раз уж ты не обеспокоился ее снаряжением, то я сам это сделаю. Нечего за нашими спинами отсиживаться, раз это ее семья.

Он шагает к своему шатру, и я слышу, как тихие злые слова срываются с его губ:

— Слава Галакто, что она бережет меня от таких суженых.

Залившись краской стыда, я отворачиваюсь и стараюсь не смотреть на волка. Не хочу видеть в его взгляде согласие с братом.

Я просто хочу спасти семью. Я не могу справиться с этим одна.

Крепкие пальцы сдавливают мои плечи, и теплое дыхание волка оглаживает шею.

— Прости ему горячность. Виго пережил много потерь.

— Он ведь прав! Я воспользовалась ситуацией, — на глаза наворачиваются непрошеные слезы, которые я поспешно смахиваю. Не хватает еще тут позорно разреветься. — Я трусливо сбежала из замка, не подумав о том, что будет дальше. Мне было так страшно и тоскливо, что в голове осталась только одна мысль — спастись.

Халлтор подошел ближе, почти прижался к моей спине и положил подбородок на мою макушку.

— Даже самая последняя букашка хочет жить. Муравей по доброй воле не полезет в костер.

— И еще я… боюсь тебя. Мне страшно, понимаешь? Я не хочу, чтобы ты думал, будто я хладнокровная манипуляторша какая-то. Просто все закрутилось слишком быстро, а я понимаю так мало, и все такое странное, незнакомое и жуткое. Альгир казался мне самым обычным мужчиной — и вот… Наверное, я несправедлива к тебе, ведь ты спас меня в том лесу.

Я зажмуриваюсь, ожидая его реакции, и прижимаю руки к груди. Туда, где под одеждой пульсирует волчий знак.

Мужчина же только тяжело вздыхает.

— Сражение с одним из самых опасных людей в этом мире — самый странный способ потянуть время, с каким я сталкивался.

— Все не так…

— Я дразню тебя, Нанна, вот и все, — он склоняется ниже и прихватывает острыми зубами мое ухо, отчего сердце чуть не выскакивает из груди. — Мы все уладим. Разберемся с твоей семьей, а потом… придется напомнить тебе все то, что ты говорила мне во сне.

“Снаряжение”, что выдает мне Виго, — чуть изогнутый клинок, расширяющийся к низу, с перемотанной черной кожей рукоятью и витиеватым узором на лезвии. Оружие точно не новое — кожа в некоторых местах потерта, а на навершии — массивной голове морского конька, загнутой вниз и частично закрывающей пальцы, — видны крохотные царапинки. У клинка нет гарды, и выглядит он совсем не так, как привычный меч отца.