Нет! Только не так…

— Я ведь могу взять тебя силой.

Я мотаю головой, и он убирает руку.

— Нет, — выдыхаю в его лицо и чуть приподнимаюсь, почти касаюсь губами его губ. — Иначе во сне ты бы не просил сказать тебе “да”. Не такой ты… человек, Халлтор. Или не все так просто с твоим проклятьем.

Он хмурится, прожигает меня насквозь разъяренным взглядом, но ничего не говорит.

Значит, я права? Ткнула пальцем в небо и угадала?

— Альгира невозможно убить обычным оружием, — говорит Халлтор, но я чувствую его сомнения. И точно знаю, что он хочет меня, но не может взять без этого дурацкого “да”.

Следовательно, ему придется его заслужить, потому что без семьи — и меня нет. И нет никого мне дороже, чем люди воспитавшие меня, давшие мне все, создавшие меня; разве смогу я жить спокойно, если даже не попытаюсь их спасти?

Разве достойна я жить, если не смогу отобрать у Альгира то, что ему не принадлежит?

— Тогда нам придется найти подходящее оружие.

Халлтор хмыкает, прижимает меня теснее и целует так яростно, будто хочет этим изменить мое решение. Раскаленный язык врывается мне в рот, и я со стыдом чувствую, что все тело отвечает на грубую ласку, рязмякает, как масло на жарком солнце, и я тянусь следом за размашистыми движениями широких ладоней.

— Отзывчивая девочка, — шепчет Халлтор, ведя рукой по моему бедру, подбираясь к тому месту, где раньше меня не касался ни один мужчина. Он уверенно скользит пальцами по чувствительной коже и чуть проникает внутрь, заставляя меня громко вскрикнуть.

— Помоги мне, — шепчу в его приоткрытые губы. — Я сделаю все, что захочешь.

— Только один шанс, сладкая, — он прикусывает нежную кожу на моей шее, и это так приятно, что поджимаются пальцы на ногах. — Большего я не могу дать.

— Один шанс, — повторяю я. — Этого достаточно.

Волк широко улыбается и подхватывает меня на руки, стаскивая с кровати.

— Договорились! А теперь давай насладимся горячей водой.

К концу этого самого странного в моей жизни купания я уже совершенно ничего не соображаю. Халлтор выносит меня из ванной, тщательно обтирает грубым полотном и, завернув в покрывало, кладет на кровать, что-то тихо нашептывая. Я улавливаю только отдельные слова, но низкий голос мужчины успокаивает. Кажется, что я в полной безопасности, что не может случиться ничего плохого рядом с этим странным человеком-волком.

Его сила защитит меня.

Мне искренне хочется довериться его слову, верить, что он непременно спасет мою семью, поможет вытащить их из лап Альгира.

Короткое теплое прикосновение к щеке — и я приоткрываю глаза, из последних сил пытаясь удержать себя на самом краешке между сном и явью. Комната расплывается мутным маревом, и напротив я вижу глаза Халлтора, наполненные золотыми искрами и отблесками свечей.

— У тебя есть время поспать, — говорит он, — я скоро вернусь, ягодка.

Сонно зевнув, я прикрываю веки.

— «Ягодка»?..

Халлтор усмехается и бережно касается моего лица шершавыми пальцами, скользит вниз, туда, где под ключицами пульсирует жаркий комок метки.

Урвав у меня быстрый поцелуй, мужчина отстраняется и идет к табурету, где оставил свою одежду.

— Ты на вкус как ежевика. И такая же колючая.

Слышу только шуршание ткани и звяканье ремня; легкие, едва различимые шаги. Мужчина даже в тяжелых сапогах двигается почти бесшумно. Щелчок замка подсказывает, что в комнате я теперь одна; делаю глубокий вдох — и кромешный теплый мрак проглатывает меня с головой, утягивая в сон без сновидений.

Кажется, что проходит всего несколько секунд, как что-то теплое касается шеи, щекочет кожу и движется вниз, оглаживая каждый позвонок.

— Просыпайся, Нанна.

Поворачиваюсь и сонно пытаюсь натянуть покрывало, но сильная рука не дает этого сделать, властно проходит по моему боку, рассыпая на коже колючки уличного холода.

Резко поднимаюсь — и мы с волком чуть не сталкиваемся лбами, отчего Халлтор тихо смеется. Заливаюсь густым румянцем и пытаюсь снова натянуть покрывало, но мужчина просто отбрасывает его в сторону и окидывает меня таким голодным взглядом, что воздух встает поперек горла, а во рту становится совершенно сухо.

Я все могу отдать за глоток воды.

— Думаю, что с размером я угадал, — хрипло рычит Халлтор и бросает мне плотный тяжелый сверток. Мне некуда скрыться от пронзительного взгляда синих глаз, невозможно сбежать от растекающегося по телу жара, невозможно хоть как-то описать странные ощущения тяжести и жжения в груди, и в голове все путается.

Это жутко пугает меня, потому что тяга к совершенно незнакомому мужчине не может закончиться ничем хорошим. Невозможно вот так вот запросто проникнуться подобными чувствами к чужаку, который был только гостем из снов, туманной грезой.