— Все эльфы умеют рисовать, мой лорд. А так же петь, танцевать и плести сложные венки. Еще эльфы умеют…

— Это хорошо. Мне нужен флаг. Знамя.

Пум заинтересовался:

— И что же вы хотите на этом знамени изобразить?

— Морду моего быка в шлеме. Не обязательно во всех подробностях, но так, чтобы даже полуслепой мог её опознать.

— Профиль или анфас?

— Анфас.

— Цвет фона?

— Сокрушающий врагов.

— Размер?

— Флаг будет установлен на надвратной башне. Хочу чтобы его было видно издалека.

Я догрыз надкушенный помидорчик. Всё, хватит набивать пузо.

— Пойдем отдам тебе ткань.

Я, Эльф и Милли поднялись в покои. А затем Пум, обнимая свернутый в ком балдахин, покинул нас. Бочка? Или ну её? Милли читала мои мысли.

— В бочку, грязнуля. Только в бочку.

Ну, в бочку так в бочку. Почему я спокоен перед осадой? Потому, что сделал всё, что мог. У меня есть план. И да. У меня есть Милли, которая во мне не сомневается.

Её вера — как собачка эльфа. Ни за что нельзя обижать. Почему? Потому что беззащитное, смешное и хрупкое. Ну и что? Да. Вот это вопрос предельного уровня — «Ну и что?»

— Милый, там в камине, в угольках, нечто настолько интересное? Расскажи и мне.

— Это во мне, Милли. Не в угольках. Я выпадаю в себя.

— Давай ты выпадешь в меня? Там постелька, подушечка, одеяльце, всё мяконькое, тёпленькое. Давай туда вместе выпадем? На одну маленькую ночку…

Да легко. Это не требует… Да ничего от меня не требует. И даже наоборот. Мне дарит. Дарит нечто и помимо восстановления маны.

Засыпая, я попросил зелёного пегаса не выпендриваться и покатать меня в орду к лорду Будугаву. Недалеко же, но гораздо полезнее, чем к далёким морям.

В этот раз зелёная рогатая лошадь лежала в траве напротив меня. Прямо под темной стеной моего замка. Надо бы эльфа попросить запускать на ночь хоровод светлячков вокруг. Метров сто хотя бы освещенной полосы вокруг стен.

— Ты уверен, что оно тебе нужно?

Насколько приятнее иметь дело с лошадью, когда она начинает говорить по человечески.

— Разумеется. Со стены будет хоть что-то ночью видно.

— Я не о том. Точно ли тебе нужно в орду эту?

— Да. Нужно. Я хочу быть готовым ко всему.

— Ты и так готов. Можешь победить 16-ю способами.

— Ого. У меня в голове пока только два.

— Как пожелаешь. По мне — пустая трата времени.

— Так летим или нет?

— Летим, конечно.

В этот раз мы летели еще ниже. Прямо над вешками. Простые деревянные шесты со светящимся магическими шариками на конце. То есть по этой дороге можно маршировать и ночью.

Наша замковая иллюминация будет динамической. Эльфы умеют плести сложные венки? Вот пусть и плетёт. Пегас вынес меня на большую поляну с шатром и кострами вокруг него. Армия вторжения? Маловата что-то.

— Стой! Дай рассмотреть.

— Я открываю только значимые места. Это — не значимое.

Упрямая летающая лошадь даже и не подумала снизить скорость. Светящиеся шарики вешек мелькали внизу. А мне только показалось, что наши отношения начинают налаживаться. Ошибся, бывает.

Стремительно приближался большой замок. Больше моего, но гораздо меньше, чем у старичка художника. На стенах горели костры. Тронный зал уже имел высокую башню и кучу каких-то полезных пристроек со множеством светящихся окон.

Замок был двадцатого уровня. Хорошо, что не тридцатого. Я кувыркаясь влетел прямо в бронзовые двери. Понятно, что я сейчас бестелесный, но хотелось бы некоторых элементарных приличий. Однако зелёный пегас это мнение не разделял.

Здесь не было тронно-столового зала, как у меня, а была система залов, что расходились крестом от центрального. В центральном, перед стандартным портретом поражающего зло лорда, стоял трон. Довольно большой и красивый.

У всех дверей стража. Воины в кольчугах с круглыми щитами и длинными саблями. А ещё по залам и лестницам курсировали несколько мобильных патрулей. В состав патрулей входили арбалетчики.

Всё же стиль внутреннего убранства этого замка отличался от моего. Не было разноцветных витражей. А была обильная геометрическая резьба по камню. На колоннах, под потолками, в обрамлении дверей. Красиво.

На втором этаже обнаружились покои героев. Их, у этого лорда, было ровно шесть. Получается, что на пятом я призвал трёх, на десятом, пятнадцатом и двадцатом смогу призвать еще по одному. Простой вывод — лорд Будугав сейчас между двадцатым и двадцать пятым. А где же его покои?

Его покои занимали весь третий этаж. И стража тут была с какими-то бляхами, а на острых шлемах красные султанчики. Гвардия, значит.