Они подступили и молча нас разглядывали. Рожи у них и правда бандитские. Милли стояла свободно, но я чувствовал ее ледяную решимость.

— Слушаю вас, уважаемые.

Наемники переглянулись и заржали. О как. Я начинаю злиться.

— Чему смеёмся?

— Удаче радуемся.

Ответил один, а второй разъяснил.

— Красивая слабая девка, дорогой лук, и голый лорд, который нас уважает. Что еще нужно уставшему путнику в этих глухих местах?

Да, действительно, я к нему как к равному обратился. И места несомненно глухие. Я закипал. Моя Милли — слабая девка, которую они уже мысленно насилуют прямо тут в траве у ворот. А я — голый лорд, который ничего не сможет с этим поделать.

Милли, после слов «слабая девка», изобразила лицом панику и отступила на пол шага. Но как-то странно, не назад, а в сторону. Она готова, судя по всему, однако надо всё рассчитать.

— Понял вашу радость, одичавшие собачки. Издалека убегаете?

Наемники огорчились.

— Он решил умереть с честью.

Сказал один.

— Кто мы такие, чтобы мешать ему сдохнуть?

Ответил другой, и рука его направилась к рукояти меча. Вот. Сейчас! Я вывалил на Милли двадцать одно собранное стопочкой благословение и со всей своей небольшой дури лягнул потянувшегося к мечу пяткой в грудь. В железную его кираску.

А он взял и отлетел прочь, взмахнув руками как рыба. Нет, как птица.

Второй, так и не достав оружие оседал с двумя стрелами в черепе. Похоже Милли их выпустила почти без паузы. И сейчас они торчали у трупа из глаз.

И тут же я понял, что мана восстановилась не полностью и на Милли упало всего семь заклинаний. Остальные прошуршали серой стопкой без эффекта.

Первый (птица) уже вскочил и прыгал как мячик из стороны в строну медленно приближаясь к метающей стрелы лучнице. Стрелы он отбивал мечом и кинжалом, но не все. Одна засела в бедре, вторая в предплечье. Шансов у него не было. Разве что длинный последний рывок. Но Милли отступала быстрым шагом постоянно меняя направление.

И тут случились три вещи. Милли, бегущая спиной вперёд, споткнулась о что-то в высокой траве. Наемник пятого уровня засветился розовым светом, наверное какое-то заклинание восстановления, а из ворот за моей спиной раздался многоголосый рёв: «Слава лорду!» (громче всех орал Дёмыч).

Рёв ладно, но одновременно со звуковым ударом на меня обрушился ливень благословений. Мне показалось, что я стал великаном, а как раз совершающий свой длинный рывок к поднимающейся Милли наемник, мелкой осенней мухой.

Я просто шагнул, поймал его за край кираски (сзади у шеи) и швырнул в бревенчатую стену у ворот. Там его и забил тяпками налетевший народ. Причем женщины ярились не меньше мужчин. Стало на три секунды нехорошо. Чушовая смерть. Собачья.

Невидимый глас тут же объявил «Победа! Лорд Такойсейчас победил отряд наемников ур 5». И фанфарки отыграли. Подбежал запыхавшийся Вис.

— Простите, мой лорд. Битва началась неожиданно, а эти крестьяне бегают гораздо быстрее меня. Что с Милли?

Милли сидела в траве и задумчиво рассматривала радостные лица торжествующих крестьян.

— Вот это и есть те самые казаки? Что «и землю пашут, и врага рубят весело»?

— Да, моя прекрасная мамочка. Это почти они. Кстати, Вис, я в тебе не сомневался. Битву мы выиграли исключительно потому, что все твои ученики одновременно отдали всю свою ману, многократно благословив меня.

— Тут моей заслуги нет и капли. Я ещё не нашёл работающего метода. Просто заставил всех прикоснуться к заклинаниям в гильдии, усадил вокруг себя на траву и читал общую лекцию. Но тут у ворот подняли тревогу и все побежали сюда с криком…

— Слава лорду.

— Да.

— Ну вот и метод. Словесная формула. Магическая стрела — «лопни сволочь», а Каменные шипы — «шоп тебя подкинуло острым», например.

Тут вежливо покашлял давно стоящий рядом Дёмыч.

— Вашество лордство, дозвольте соображению сказать.

— Говори.

— Длинно дюже это «шоп тебя подкинуло» там и прочее. Надо «сгинь» и «тресни».

— Принято, Дёмыч. Вижу этих уже ободрали?

— А как же. Порты там и прочие ткани бабы счас отстирают продизыт… продизант…

— Продезинфицируют.

— Ага. Оружию и броню вам в покои на второй этажик уже унесли. Я вот только придержал сапожки покрепче которые, да мечик вот с ножиком. Может прямо счас и взденете, на охоту-то.

— Давай. А головы зачем поотрезали?

— Так они не своей смертию померли. Встанут мертвяки, если голову им оставить.

Во как. И мертвяки тут встают. Ладно.

— А это что за тряпки?

— Так портяночки. Как сапожок на голу ногу вздевать? Портяночки нужны. С моего запасу, льняные. Ненадёванные.