— Он тоже будет здесь жить?

— Твой папа сказал, что все будет зависеть от тебя. Если мы с тобой понравимся друг другу, и я останусь в вашем доме, то и Шарик-Бобик останется. Если, конечно, сильно шкодить не будет.

По лицу мальчишки вижу, что он все уже для себя решил. Дворовый пес стал моим пропуском в этот дом…

Постепенно наша жизнь налаживается. Днем огромный особняк пуст, и мы с Ванькой предоставлены сами себе. И Евгений Васильевич, и его беременная супруга Арина уезжают на работу. Он — руководить своим Директоратом. Она — командовать своим бизнесом, который создала и взрастила сама, еще до того, как вышла замуж. Молодец. Не то что я, клуша. Правильно тогда тот мужик сказал…

На обед никто из них, понятно, не приезжает. Да и ужинают они дома редко, предпочитая рестораны. До меня еду Ваньке готовила Маша. Ванька ел плохо. Думала, что мальчишка вообще плохо ест — дело-то обычное, а оказалось ему не нравится Машина стряпня, а сказать об этом он стесняется.

— Ну так это решается замечательно просто! Мы с тобой приготовим себе еду сами.

— Я не умею.

— Зато я умею. Я приготовлю, а ты мне поможешь.

— Это не мужское дело.

— Глупости. Мужчина потому и мужчина, что должен уметь все делать сам. В том числе и себя накормить. Да и вообще, ты знаешь, что самые лучшие, самые знаменитые повара в мире — это мужчины? То-то! С чего начнем? Чего бы ты хотел съесть сегодня? Только не говори — слона! У нас его нет, да и готовить его нам с тобой негде.

Хохочет, а потом задумывается.

— Хочу-у-у… Хочу суп с такими маленькими штучками из мяса.

— С фрикадельками.

— Да! И еще тефтели с макаронами. И котлетки с пюре из картошки. И куриную ножку с рисом. И…

Теперь смеюсь уже я.

— И ты все это съешь за один раз?!!

Опять смущается. Уже знаю, что он вообще очень легко смущается.

— Нет. Но суп с фрикадельками точно.

— А давай мы с тобой составим меню. Сядем, напишем, ты украсишь его рисунками. Мы его повесим в кухне и будем каждый день готовить строго по графику. То, что в меню будет написано.

Загорается тут же. Глазенки так и сияют.

— Давай!

Погода за окном противная. Даже Шарик-Бобик сидит в своей новой конуре и носа не кажет. Самое время заниматься тем, что мы задумали. Тем более, что Иван немного простыл и хлюпает носом. Расчерчиваю табличку для меню. Писать в нее названия блюд Иван будет сам. По-русски, а повторять по-английски и по-французски. Отец мальчика выбрал для изучения именно эти языки. Через час меню составлено. Все как положено — первое, второе и десерт.

Иван берется за оформление нашего меню. Я тем временем набрасываю список необходимых продуктов. Иду, чтобы передать его Маше. Тут возникает неожиданная проблема. Маша усмехаясь и привычно упирая кулаки в бока сообщает, что не собирается выполнять указания «другой прислуги». Не очень понимаю, что с этим делать. Ведь в таком положении оказываюсь в первый раз. В ту пору, когда у меня самой была приходящая домработница, которая мыла полы и вытирала пыль в нашем большом доме, за такое поведение уволила бы ее без разговоров и все, а теперь-то и я могу быть уволена в любой момент…

Как быть? Ехать самой? Но у меня нет денег для такой масштабной закупки. Да и Ваньку таскать за собой по магазинам преступно. Позвонить Евгению Васильевичу? Как-то неловко выносить наши внутренние с Машей проблемы на его суд. Да и вообще любой российский интеллигент с молоком матери впитывает отвращение к стукачеству…

— Ну что встала столбом? Только дом выстуживается.

Даже вздрагиваю, за этими своими размышлениями забыв, что все еще стою на пороге домика у ворот. А вот такое прощать уже нельзя.

— Разве мы с вами, Маша, уже перешли на «ты»? Что-то не припомню такого.

— А мне на этого особого разрешения не надо. Тоже мне барыня…

— Не барыня. Но впредь прошу не забывать говорить мне «вы» и обращаться по имени отчеству. Надежда Николаевна, если вы запамятовали.

— Да пошла ты!..

Дверь захлопывается прямо у меня перед носом. Ну здорово! Пока иду назад в большой дом, до меня наконец-то доходит, из-за чего такая острая реакция на мою вполне невинную просьбу — все равно ведь именно Маша и Слава занимаются тем, что закупают в дом продукты. Я, предложив Ваньке самим готовить себе еду, влезла на исконную Машину территорию. Покусилась на ее кусок пирога. За готовку ей ведь, наверно, доплачивают отдельно… Вот черт!

Возвращаюсь к Ваньке. Пока я ходила к Маше, он успел разрисовать составленное нами меню. Теперь по нему ездят танки, летают самолеты и пестрят взрывы. Не совсем кулинарная тема, но разве это главное?

Торжественно относим меню на кухню, прикрепляем магнитиком к холодильнику и все-таки несмотря ни на что принимаемся готовить наш первый совместный обед. Благо в холодильнике и в подсобке необходимые продукты нашлись. Пока размораживается фарш, чищу картошку. А чтобы Ванька не заскучал рассказываю ему сказку. Придумываю их сама. Начала еще тогда, когда мои мальчишки были маленькими. Им нравилось ужасно. В первую очередь потому, что можно было самим влиять на развитие сюжета. Они мне заказывали про кого хотят сказку, что в ней должно произойти, и чем дело кончится. Другое дело, что я, естественно, хулиганила и все время вводила новых персонажей, которые до крайности затрудняли и усложняли сюжет…