— Я понял! — крикнул я розовой субстанции. — Все хорошо, можете меня отпустить.

Действительно, розовая субстанция опала, освобождая мои ноги.

— Поговорим в следующий раз, — предложил я. — В принципе, у меня ничего срочного. Хотел получить от вас информацию, но подожду. Вот первертор, можете залазить внутрь. До следующего сеанса, наверное. Приятно было повидаться.

Я положил полученный первертор на землю и отошел в сторону, ожидая, что розовая субстанция начнет просачиваться сквозь его исправную решетку. Но розовая субстанция задрожала и принялась переливаться в обратном направлении. Пасть и глаза субстанции как бы провалились внутрь и пропутешествовали по всему удлиненному телу от головы до хвоста. Оказавшись в хвосте, глаза и пасть, с громким чмоком, закрепились, в результате чего хвост розовой субстанции превратился в голову, и наоборот.

Изменив таким способом расположение тела, розовая субстанция полилась в обратном направлении, к оврагу, нимало не интересуясь положенным на землю исправным первертором. Я сообразил: если этот первертор новый, то старый, поломанный первертор остался в овраге. За ним и полилась розовая субстанция, то есть создатели нашей вселенной.

Вскоре моя догадка подтвердилась. Розовая субстанция скрылась в овраге. Сразу после этого землю сотряс мощный взрыв, и над оврагом поднялось ядерное облако. Я свалился на землю, в ужасе наблюдая, как ядерный гриб вырастает на высоту в несколько километров, затем начинает потихоньку рассеиваться.

Когда земля перестала трястись, а буря, поднятая ядерным взрывом, утихла, я побрел в направлении дирижабля. Если у меня и раньше не было особых сомнений относительно могущества создателей нашей вселенной, то теперь я в нем абсолютно уверился. Существа, решившие уничтожить бракованный первертор при помощи ядерного взрыва, способны демонтировать любую вселенную.

В раздумьях, я добрел до дирижабля. Порыв ветра от ядерного взрыва едва не сорвал воздушное судно с якоря. По счастью, Ермолай надежно крепил якоря к земле. Женщины волновались за меня, тем более что взрыв прогремел в той стороне, куда я удалился.

— Андрэ, что это было? — спросила встревоженная Люська.

— Ничего страшного, любимая. Молния ударила в землю, вызвав взрыв болотного газа, — соврал я.

— Но ведь грозы нет!

— Молнии случаются при совершенно ясном небе, — пояснил я туманно. — Именно об этом и я хотел поразмышлять в одиночестве.

Вещи со стоянки были давно запакованы и перенесены на дирижабль. Мы поднялись на борт и отчалили в направлении Урала, приближавшегося к нам с каждой минутой путешествия.

Кргыы-Уун, вне времени и пространства

Кргыы-Уун уловил модуляцию. Модулировал один из подключенных к перверторам сигнализаторов. Кто-то из разумных частиц вызывал своего создателя для беседы.

Кргыы-Уун недовольно перекрутил ложноножку. Прошло довольно много кузиуникций, но эффективность разумных частиц была чрезвычайно низкой, можно сказать нулевой. Были ликвидированы протечки, обнаруженные самим создателями, — те, через которые разумные частицы отправлялись в иные времена. С поиском остальных протечек у реагентов не ладилось. Реагенты часто вызывали создателей для беседы и все время что-то от них требовали: совершенного микро-оружия, либо денег, о которых Кргыы-Уун не имел ни малейшего понятия, либо чего-то еще. Ничего такого Кргыы-Уун не мог дать разумным частицам. Он лишь удивлялся тому, что разумные частицы словно не понимают: в случае неуспеха опытный образец придется демонтировать.

По счастью, кое-какие позитивные предложения от разумных частиц все же поступали: например, предложение обмениваться информацией. Для создателей вселенных микромир был слишком мал и не изучен, чтобы в нем успешно действовать, но разумные частицы были к нему приспособлены. С этого момента создатели наладили обмен информацией между разумными частицами. Результаты обмена оставались не ясны, но надежда на то, что удастся избежать полного швахомбрия, сохранялась. Теперь одна из разумных частиц вызывала создателя для беседы.

Кргыы-Уун выкрутил ложноножку на место и первертировался в микромир. Его сознание распалось на части и начало архивироваться, стремительно уменьшаясь в объеме. Кргыы-Уун казалось, что, распавшись на тысячу частей, он летит сквозь светящийся туннель. Каждая из тысячи частей, из которых он состоял, наблюдала за оставшимися 999 частями: как они пролетают сквозь светящийся туннель, как тот начинает раскручиваться во все стороны одновременно, как светящийся туннель распадается на мириады отдельных светлячков, сливающихся с частями, из которых состоит Кргыы-Уун.

Он давно привык к переходам в микромир, но в этот раз произошло нечто странное. На выходе из светящегося туннеля отдельные светлячки неожиданно потускнели. Кргыы-Уун перестал воспринимать себя с разных 999 сторон: из доступных ему точек наблюдения осталось приблизительно 679.

Уже просачиваясь в микромир, подобно тому, как мясной фарш просачивается сквозь отверстия мясорубки, Кргыы-Уун понял, что сгенерировать прежнюю форму для общения с разумными частицами не удастся — видимо, вследствие поломки принимающего аппарата. Осознав это, Кргыы-Уун принялся синтезировать в своем микротеле новый микро-первертор. Он синтезировал исправный микро-первертор, одновременно просачивался в микромир из неисправного, мысля при этом: