В мою рыжую голову закрались сомнения пока мы шли. Все группы, которые встретились у нас на пути состояли из одинаковых существ! Нет, не так. Из существ одной расы! Я оглядела свою группу. Вампирша, гном, эльф, оборотень и я — кошарийка. Если вспомнить то, о чем успел мне рассказать Дыгонтий Ирвандирович о двух ногах и перьях, то мы родственных рас. Родственных и только. Не то чтобы я особо против этих ребят (хотя на счет Рекоса еще есть сомнения), но что будет представлять собой дом, подходящий нам всем? Я не очень представляю, где и как живут вампиры, гномы и перевертыши. А вот дом эльфов я видела буквально только что. Я попыталась представить маленький круглый домик из немеркия в сочетании с домиком на дереве. Но отчего-то мое воображение отказывалось воспроизводить подобного гибрида. А ведь это лишь два пункта из пяти!

Я тяжело вздохнула, но не успела подумать еще о чем-нибудь. Винти остановился рядом с полянкой между различных домов. Мы отошли ровно на столько, что расстояние до Дерева было такое же, как и до «трибун» с порталами. Посередине полянки рос куст с точно такими же листьями, какие достались нам на Листопаде.

— Дотроньтесь до куста конечностями с листочками, — сказал нам зеольный провожатый, — Добро пожаловать и все такое…. А мне пора….

И он улетел, оставив нас у куста. Вот и все объяснения. Похоже, я и вправду зря ломала голову. Мы синхронно пожали плечами и сделали, как он сказал. Как только наши руки коснулись куста, листья похожие на цветы засветились мягким светом, что-то зашуршало у нас под ногами. Я попятилась к краю поляны. Остальные тоже. И правильно сделали. На том месте, где только что рос довольно безобидный куст, земля вздыбилась, что-то затрещало, заскрипело, забулькало. В клубах пыли мелькнули лианы, ветки, камни. Вокруг всего этого кружились листья из куста. А когда пыль осела, мне в очередной раз пришлось удивляться.

В двухэтажный домик вела арочная деревянная дверь. Слева от нее дом был выложен из черно-серного камня. Под тремя узкими стрельчатыми окнами стояли кадки с живыми цветами. Выше был балкон с витыми перилами. Я смогла разглядеть за ними множество неизвестных растений. Справа же от двери из немеркия было выложено нечто родное моим глазам. Под круглым окном была разбита клумба с цветами, которые я знала. Этажом выше все кроме квадратного (!) окна было увито растением с балкона. Этот вьюнок захватил даже часть покатой деревянной крыши. И хотя домик был ассиметричным, все его отдельные части гармонировали между собой. Каждый из элементов являлся неотъемлемой частью композиции. Из-за этого дом смотрелся хоть и необычно, но уютно.

— Н-да, — протянул гном, — так быстро строить даже мы не умеем.

— Почти как дома, — проснулся Эрик.

— Довольно мило, — согласилась вампирша.

— Конкретный домик, — присвистнул пес.

— Пошли, что ли? — предложила я и первая направилась к нашему новому дому.

Я зашла в свою комнату. К горлу подступила тошнота. Перед глазами поплыл туман. Пол качнулся. Я никогда не думала, что могу так кричать. Мне показалось, что эхо от моего крика отразилось от всех концов домика.

Не помню, как я очутилась в общей комнате. В себя пришла я от того, что со всего маху столкнулась лбом с Адессой. Мы разлетелись в разные стороны, повалившись на пол. Между нами пробежал, орущий что-то нечленораздельное Гатнир. Но он тут же был сбит с ног, споткнувшимся о мой пушистый хвост Эриком, визжащим не хуже, чем выл Рекос, на котором, оказывается, сидела я.

— Вы что, издеваетесь?! — взвыл гном, сбрасывая с себя бледного эльфа.

Тот, заикаясь, стал ругаться на чисто-эльфийском языке. Это звучало очень красиво и, на наше счастье, совершенно не понятно. В том, как страшны его слова, меня убедило лишь то, что растущие у стены кусты поспешно закрыли бутоны и попытались как можно ниже прижаться к полу. Я прям заслушалась. Даже Гатнир притих.

Вампиресса, потирая огромную шишку на лбу (у меня такая же?) и широко распахнув наполненные ужасом глаза, поднялась на ноги:

— Может, показалось? — пробормотала она, невидящим взором оглядываясь по сторонам, — Но все равно кошмары замучают.

— Крысы…. Крысы…. Всюду крысы… — прошептала я и почувствовала, как нервно дернулся хвост.

Рекос чихнул и я, подумав, встала с него, покачиваясь на ватных ногах. Задумчиво оглядываю, стоящий рядом диван. Надо признать, что он прельщал меня больше, чем выделенная мне подстилка, сделанная из шкурок…. О, нет! Опять эти мерзкие существа! А я так надеялась, что хоть здесь они перестанут мучить меня своим существованием!

Тут очнулся гном:

— Там тесно, душно. И кругом стены. Они сжимаются, прижимают, давят меня… — и совсем очнувшись, он заорал во все горло, — Я не буду там жить! Это издевательство над бедным-несчастным мной!

— Я тоже не собираюсь возвращаться в это жуткое помещение, — тихо сказала Адесса.

Она готова была разрыдаться. Я чувствовала то же самое, но все же нашла в себе силы подойти к ней, чтобы утешить. Все же переживать вместе лучше, чем одной.

— Теперь это станет для меня одним из самых жутких кошмаров, — сказала я, ни к кому собственно не обращаясь, но меня услышали все и как-то странно посмотрели.

— Что? — смутилась я.

— Кошмары… — задумчиво сказал Рекос, все так же сидя на полу, — Да, это кошмары. Самые жуткие опасения и страхи.

Теперь все смотрели на него. Действительно, мы все сбежали из своих комнат, крича от страха. Неужели все нашли в своих спальнях то, чего больше всего бояться? Но чего они могут бояться? Уж точно не так, как я: кошарийка, боящаяся крыс и мышей до дрожи в коленях. Это же смешно.

— Если честно, то предназначенная мне комната полностью соответствует предпочтениям любого нормального кошара, но не моим, — я вздохнула и дернула ухом, — Терпеть не могу крыс.