— Если ты…

— Я хочу увидеть их, — твёрдо произнёс Марс. Он обернулся к Эрике и поймал её обеспокоенный взгляд. На мгновение Марсу даже стало смешно. Он Бог войны, но по какой-то причине все окружающие беспокоятся. Эрика, Венера, его брат Юпитер. Возможно, они правы и для волнения действительно есть причины. Вот только Марс этого не ощущал. Он чувствовал силы в новом теле и осознавал новые возможности.

— Тогда следует поспешить, — Эрика вымученно улыбнулась, протягивая руку. Марс отрывисто рассмеялся, резко хватая жрицу за протянутую ладонь. Тени окутали пару, оплетая в кокон.

— Готова?

Эрика не успела ответить, как их закрутило в водоворот теней. Сгусток энергии полностью опутал девушку, перемещая в другое пространство. Дыхание Эрики участилось, она глотала воздух ртом, сильнее прижимаясь к Марсу. Не будь она уже мертва, то распрощалась бы с жизнью от страха. Наконец, сплетение постепенно ослаблялось и хватка перестала болезненно давить на лёгкие.

Эрика устало упала на мокрую листву, рядом спокойно приземлился Марс. Он отряхнул длинное пальто и нацепил широкий капюшон. Эрика подняла глаза, её дыхание всё ещё не восстановилось и она не могла подняться с колен. Марс легко обхватил девушку за талию и поднял на ноги. Жрица пошатнулась, но успела ухватиться за широкий ворот его пальто.

— Сколько в тебе энергии? — сипло прошептала она. Марс лукаво улыбнулся, дёрнув плечом.

Эрика прикрыла веки и глубоко вздохнула. Дыхание постепенно выравнивалось и наступало привычное спокойствие. Больше всего жрицу испугала реакция её тела. Она не должна ощущать себя живой — это ненормально. Но после не самого приятного путешествия Эрика вдруг резко воскресила старые жизненные воспоминания. Она осознала, что может умереть, и это пугало.

— Пошли, — Марс сжал руку Эрики и неспешным шагом направился по аллее.

Деревья встречали людей холодной безмятежностью. Листва давно пала и теперь неровными горками покрывала землю. Мокрый снег спадал с неба и таял в воздухе, так и не прикоснувшись к охладевшей почве.

Эрика не чувствовала холода, но её бил озноб. Марс остановился под деревом, укрываясь от ненужных глаз. Недалеко от них расположилась процессия.

Гроб опустили, и вокруг собралась небольшая семья и их друзья. Мать Матиаса громко всхлипывала, не сдерживая рыданий. Отец низко опустил голову, крепко сжимая плечи жены. Лишь младшая сестра не понимала, что происходит. Она смотрела на гроб со смесью страха и ужаса в глазах. Хрупкая ладошка девочки обхватила руку матери. По покрасневшим от мороза щекам бежали крупные слёзы.

— Это несчастный случай, — услышала Эрика шёпоток.

— А может и нет…

— Он пошёл в поход, а когда спускался к реке, то его сбило течением и он утонул, — уверенно заявил второй голос.

Марс вздрогнул, качая головой. Рука Эрика сжалась сильнее, она подняла голову, смотря в темноту его капюшона.

— Он был странным, что если…

— Имейте уважение к семье и оставьте своё мнение при себе, — заявил близкий друг отца. Он одарил переговорщиков недобрым взглядом проницательных глаз. Те резко замолчали, понуро опуская головы.

Священник произнёс короткую речь о потере близкого человека. Каждый из присутствующих осторожно кинул крупицу земли, и процессия замерла в ожидании завершения похорон. Люди ёжились от холода и покидали кладбище, поочередно произнося слова соболезнований, пока не осталась только трое человек. Мать Матиаса обессиленно упала на колени перед могилой и громко закричала, отец осторожно приобнял жену.

— Селена, нам пора, — прошептал он, целуя жену в макушку. Она замотала головой, поднимая глаза к небу и шепча молитву.

Марс съёжился и крепко сжал челюсть. Он уже не был Матиасом, но чувствовал всё, что происходило. Это его боль, а не чужая. Марс знал, что женщина склонившаяся над могилой — его мать.

Эрика резко развернулась к выходу и потащила Марса за собой. Он шёл очень медленно, словно нехотя. Глаза постоянно возвращались к холодному пригорку и семье.

— Нам не стоило приходить, — прошептала Эрика, злясь на себя. Марс резко остановился, и Эрика чуть не упала.