Проснулся едва начало светать. Нет, не от старческой бессонницы, каковой у меня нет, а от того, что мне обгрызают нос. Мохнатый мурлыкатель, который всю ночь провел у моей щеки, на подушке, завернувшись сам в себя, проснулся, и решил что остальным прочим дрыхнуть тоже нечего, а то скучно ему, понимаешь.

– - Кот, не наглей.
– - пробормотал я, ухватив его правой рукой под брюхо и передние лапы, и убирая от своего лица.
– - Еще и петухи не пели.

Свисающий с ладони звереныш аккуратно ухватил меня зубами за косточку на запястье и поглядел озорным взглядом -- кто еще тут кого поймал, мол, это надо посмотреть.

– - И только мявкни мне, что тебя тут не кормят, хышник комнатный.
– - я опустил Мышкина себе на живот и высвободил руку.

Хвостатый князь-союзник вертикально взлетел вверх из положения лежа, приземлился на все четыре лапы, выгнув спину и распушив торчащий вверх хвост, после чего галопом рванул к краю кровати, сиганул с нее, и с топотанием умчался куда-то в глубины царских апартаментов.

– - Не кот, а какой-то егозец.
– - со вздохом сел я.

Чего без толку валяться, если все одно растолкали?

Первый день своего царствования (вчерашний все ж таки не в счет, поскольку на его начало я еще корону не заполучил, да и вообще обоснованно в таком исходе сомневался) я начал с очень важного дела. С посещения уборной.

Не знаю как уж в феодальных замках, дворцах разных там Карлов, Фридрихов и Луёв -- я в них не живал, -- а Ежиное гнездо оборудовано самым натуральным ватерклозетом. Не совсем таким, правда, как это сейчас принято в нашем мире, до концепции фаянсового брата тут не додумались как-то, но принцип тот же. Наклонный дельтовидный... ну, наверное все же унитаз вмурованный в пол -- было у нас нечто подобное в армии, -- над которым стоит тяжеленное даже на вид, обитое бархатом кресло с здоровенным отверстием в седушке. Понятно зачем оно там.

– - Дожился. Даже в сортире на троне восседаю. Царь в любом месте, понимаешь.
– - хмыкнул я и до упора повернул рычажок для слива.

Снизу раздался громкий шум текущей воды, а мои ноги и голую задницу в дырке окатило брызгами. Вот так я первый раз за все свое правление не рассчитал и подмочил себе... репутацию.

Мысленно костеря напридуманные блага цивилизации (то ли дело у нас в монастыре -- удобства во дворе, как не изгаляйся, а что-то напутать там крайне сложно) я привел себя в порядок, накинул поверх ночной рубашки халат, и вызвал «дежурного по царю» слугу -- повелел теплой воды и мыла подать. Царь я или где? Сколько можно морду скоблить смазав ее топленым жиром с золой? Все, сел на трон, можно и побарствовать!

Влажная передняя часть ночнушки прижалась к ноге и моментом напомнила о последствиях давешнего «барствования на троне». Мндя, аскетичнее быть надо, обойдемся без вызова брадобрея и прочих припарок на свежебритую царскую морду.

Едва я стер полотенцем с физиономии остатки пены, примчался кастелян-распорядитель. Судя по некоторому беспорядку в прическе и одежде Папака из Артавы, его самого только-только растолкали.

– - Ты-то чего в такую несусветную рань, князь, поднялся?
– - ответил я на его заверения во всемерном почтении и желании вот прямо тут, и прямо сейчас, расшибиться за-ради меня в лепешку.
– - Ладно, меня этот шкода на ноги поднял...

Я кивнул в сторону кота, устроившего охоту на золоченые шнурки, идущие по краю голенища и свисающие до середины икр застывшего в позе «чего изволите-с» кастеляна.

– - Но ведь... Раз поднялись ваше величество, то и царским слугам дремать не резон.
– - нашелся этот прожженный придворный администратор.
– - Я тотчас же прибыл получить ваши распоряжения на сегодняшний день.

– - А кабы я спал по два-три часа в день, а остальное так, дневной дремой по пять минут наверстывал, ты бы как жить-то стал?

– - Очень плохо, государь.
– - с несчастным видом вздохнул Папак.

– - Ладно, я покуда таких издевательств над своим организмом учинять не планирую, так что иди, дорогой, досыпай свое.
– - я махнул рукой, отпуская кастеляна.
– - Слуги из дежурной смены ведь на местах?

– - Разумеется!
– - кажется мой вопрос его покоробил.

– - Ну так значит и тебе каждый раз подскакивать на каждый мой пук ни к чему.
– - резюмировал я.
– - Будет что-то срочное, так позову сам. А эти вот заискивания прекращай давай. Отвык я в монастыре от такого, очень нехорошо воспринимаю.

Кажется мне удалось устроить бедолаге разрыв шаблона вдребезги и напополам. У нас, конечно, не Парсуда с ее возведенным в закон благоговейным раболепствованием низшего перед высшим, но само устройство государства заимствовано-то именно от южных соседей. С поправками на вольнолюбивый народ и тому подобное, но все же, все же...

Надо в ближайшее время крутость норова проявить, а не то решат, что царь у них -- тряпка. И так более или менее (скорее -- менее) надежных союзников небогато, а тут и последних мигом потеряю. Вместе с троном и, скорее всего, головой.