— Нет. В ЛА.

— Оу.

— Да, я — светская сучка, — хмыкнула я и потянулась к его сигаретам.

Довел-таки, гад.

— Когда я успел заставить тебя нервничать? — состроил щенячьи глазки Алан.

— Не льсти себе. Просто я прошляпила приличную должность, меня бесит Сэнди, и… — я чуть не брякнула, что ненавижу Кевина сильнее, чем все вышеперечисленное.

— Можешь не продолжать, я понял, — кивнул понимающе шеф.

— Не буду, потому что теперь твоя очередь признаваться.

— В чем?

Дурачком решил прикинуться?

— В том же самом. Какого черта ты забыл в нашей деревне с таким багажом знаний, отличий и обаяния?

— Считаешь меня обаятельным?

— Картер!

— Ладно-ладно. Это все Мэт. Мэтью Коннели, мой друг. Мы вместе учились в академии, и я как-то по пьяной лавочке долго ему рассказывал, что мечтаю состариться начальником полиции в маленьком городишке. Потом я жил в Чикаго, а он распределился в Сэнди. И… когда твой отец погиб… — Картер замешкался, вроде как не желая ранить меня.

Пришлось прийти на помощь, показать, что я в порядке.

— Да знаю. Там все пересобачились и решили пригласить человека со стороны, — я проводила глазами сигарету. Кажется, не только я нервничаю. — Вот уж не думала, что это будет кто-то вроде тебя, Алан.

Мы замолчали, обратившись к еде. Меня распирало любопытство. Прожевав, я продолжила свой допрос.

— Что ты делал в Чикаго? Мыл полы?

— Я был заместителем окружного прокурора, — ответил Алан тоном «да-так-ничего-особенного».

Я подавилась колой, аж пузыри носом пошли.

— Ты сейчас пошутил? — спросила, вытирая лицо.

— Нет.

— Бросил прокуратуру в сити и отправился пасти коров на ранчо? Ты больной?

— Еще я бросил жену и перспективу занять кресло своего босса через пару лет.

Он собирался на пенсию. Но я всегда мечтал…

— Жену? Ты женат?!! — у меня все перевернулось внутри.

— Развелся. Она не захотела ехать со мной, бросать свою карьеру, — Алан потер щеку и глубоко затянулся.

Вот так дела.

— Считаешь, это эгоистично? Она тоже так считала, — быстро проговорил он, туша окурок в пепельнице. — Мэт позвонил и сказал, что я мог бы претендовать на место шефа. Я просто… Просто хотел. Черт, да ладно, проехали.

— Нет уж. Договаривай.

— Это, правда, моя мечта, Кэсси. Тихий город, рутинная отчетность. А по выходным я вожу детей на рабочей тачке с мигалкой на пикник к озеру, а то и к океану с палаткой на ночь, — он поймал мой ошарашенный взгляд. — Считаешь меня старомодным?

— Ну…динозавры и то современнее тебя.

— Приму за комплимент.

— Не стоит, — я положила вилку и задала очередной вопрос: — И где все это?

Семья, дети.

Алан не спешил с ответом.

— Оказалось, что нельзя получить все сразу, малышка. У меня есть работа и Сэнди. Пока этого хватает.

— Слушай, ну не сходится. В Сэнди вагон одиноких дамочек, которые были бы счастливы нарожать детишек от такого горячего муженька-копа. И ты торчишь у Бена постоянно. Сельские дамы не проходят кастинг? — я завелась.

— Я слишком увлекся кастингом в первые полгода. Теперь мной пугают школьниц, — он грустно улыбнулся. — Оказывается, женщины в маленьких городках очень любят обсуждать новоприбывшие члены.

Я скорчила гримасу. Кому, как не мне, знать всю прелесть перемытых костей?

Бедняга Картер. Хотя…

— Сколько? — вопрос в лоб.

— А?

— Сколько дам ты испортил, чтобы прослыть Казановой?

— Четырех, — Алан заметил мои недоверчиво вздернутые брови. — Клянусь!

— За полгода? Это значит, в среднем по шесть недель на лицо… Ну, знаешь, в этом есть смысл.

— Больше нет смысла. Я завязал со свиданиями, — отбрил меня он.

Я потупилась. В принципе, наш милый ужин не тянет на свидание. Но формально…

— Кэсси…

Я подняла глаза.

— Ты полагаешь… Ты пригласила меня…

— Боже. Картер, не паникуй. Просто… Свидание ведь может быть дружеским? — нашлась я.

— Друзья? — он одарил меня задорной улыбкой. — Звучит здорово.

Боже, так улыбаются семнадцатилетние мальчишки.