Вот так. Сразу к сути дела.

— Я попробовала, как вы и сказали, пройти к сестринскому посту, но свет погас, а сестра...

Я останавливаюсь. Не хочу об этом думать.

— О сестре я знаю, — говорит доктор Лизан-дер. — Для тебя это, наверно, было шоком. Однако сознание ты не потеряла.

— Нет. Я поднялась по лестнице на десятый этаж. Сама не знаю почему.

— Ты знакома с этим местом лучше всего, так что действовала понятно и логично. Интересно другое, почему твои уровни упали потом, когда ты прошла через все и оказалась наконец в безопасности?

Ответ очевиден — из-за Феб. Но сказать это я не могу и потому только пожимаю плечами.

— Может, когда остановилась, тогда все и навалилось.

Доктор Лизандер задумчиво склоняет голову.

— Может быть. — Полной уверенности в ее голосе не слышно, как будто она знает, что за моим объяснением кроется что-то еще.

— А как вы? Я беспокоилась. — Я не притворяюсь. Доктор Лизандер наверняка стала бы мишенью для террористов.

Черты ее лица смягчаются.

— Спасибо, Кайла. Ценю твою заботу. Все обошлось. Меня и еще нескольких человек отвели в безопасное место, где о нас позаботились.

— Но почему они не забрали заодно и ту медсестру? Вы знали ее?

— Знала. Ее звали Анджела. — В глазах — тень печали. — Иногда приходится выбирать.

— Но...

— Достаточно, Кайла. Мне нужно спросить тебя кое о чем. Ты все выяснила?

— Что?

— Ты выяснила все, что хотела?

У меня холодеет в животе. Она знает. Непонятно откуда, но знает. Знает, что я залезала в ее компьютер. Сижу молча, и страх вяжет внутренности в узелки. Представляю, как восприняли бы это лордеры.

— Да, Кайла, я видела, что ты сделала. В кабинете есть камера, понимаешь? Я просматриваю ее иногда. А компьютер показывает, какие файлы открывались и закрывались. — Доктор Лизандер спокойно откидывается на спинку кресла. — Но сейчас я выключила камеру и удалила ту запись. Никто ничего не узнает. Ну же, разверни стул, и мы посмотрим вместе.

У меня отваливается челюсть.

— Давай, Кайла.

Я перехожу со стулом на другую сторону от стола, и она один за другим открывает те же, что и я, файлы и дает пояснения: прием; сканирование мозга; операция. Потом мы переходим к разделу, забыть который я не могу до сих пор, «Рекомендации».

— Вот здесь... «совет рекомендует терминацию; доктор Лизандер против». Что это значит?

— Правление больницы беспокоили твои кошмары и способности контроля. Они считали, что выпускать тебя из-под наблюдения опасно, что ты можешь представлять угрозу как для себя самой, так и для других.

— И вы настояли на своем. Вы не согласились с ними.

— Да, настояла. Но они были правы. Уж по крайней мере для себя ты точно представляешь угрозу.

— Не понимаю. Тогда почему вы меня выпустили?

Она пожимает плечами.

— Я убедила себя, что ты заслужила шанс. И мне, конечно, было интересно посмотреть, как ты справишься. Но самое главное, я хотела изучать тебя, посмотреть, что с тобой случится.

— Изучать... как крысу в клетке.

Доктор Лизандер невесело усмехается.

— Скорее как крысу, выпущенную из клетки.

— Но зачем вам изучать меня?

— Ты не такая, как остальные. В тебе есть что-то другое, особенное, и я хочу понять, что это. Может быть, что-то пошло не так во время операции. Хотя все твои тесты и сканы в порядке. Тем не менее что-то есть... Здесь только мы вдвоем, ты и я. Больше никого. Можешь сказать мне?

— Я не знаю, что вы имеете в виду.

Она вскидывает бровь.

— Хочешь узнать что-то еще? Я помогу тебе удовлетворить твое любопытство, и тогда, может быть, ты поможешь с тем же самым мне.

Заманчиво. Сколько вопросов можно было бы задать, но нельзя. Спрашивать опасно. Я должна быть образцовой Зачищенной; я сказала Бену, что выбрала для себя вот такой курс. «Спроси».

— Кто такие Зачищенные? Да, я знаю, что Зачищенные — осужденные преступники. Но кто еще?

— А почему ты думаешь, что кто-то еще подвергается Зачистке? Это было бы незаконно.

Я смотрю на нее и не отвечаю.

Она задумчиво кивает.

— Ты восприимчива. Интересно, что ты задала именно этот вопрос. И не просто интересно, а даже удивительно. Почему ты спрашиваешь об этом?

— Я знаю нескольких человек, тоже Зачищенных, которых не могу представить нарушителями закона.

— Жизнь, Кайла, бывает иногда очень трудной. Порой людям требуется помощь, и мы предоставляем такую помощь.

— Не понимаю.

Доктор Лизандер колеблется.

— Вот тебе пример — твоя сестра. Как там ее зовут? Я узнала ее в тот день, когда она ждала тебя.