– Конечно, – понуро сказал он. – Куда мои заработки с твоими сравнивать. На английском заводе тебе лучше платят.

– Я уже не работаю на заводе, – примирительно ответил одноклассник. – Да, пару лет там отработал, многие из нас через это проходят.

– Ну, и как там работается? Тяжело, наверное? – в первый раз за весь вечер проявил признаки искренней заинтересованности Лампатата.

– Не всегда, и не везде. Как повезёт, – с достоинством произнес приятель. – А вообще, знаешь, надоело всякую ерунду выслушивать и особенно читать про заводы. Волосы дыбом встают, как почитаешь то, что вы на форумах своих пишете. Работа на заводе – это нормальная человеческая работа, за которую, кстати, неплохо платят. Есть, конечно, ужасные заводы, на которых даже местные не хотят работать, но ведь никто не заставляет идти именно туда. Я вот английский подучил, и по специальности устроился – поваром. Так что, как видишь, можно не только на заводе работать, было бы желание.

Приятеля понесло, и он стал выплёскивать свои эмоции, но Лампатата уже не слушал его, витая в своих мыслях. Он не умел долго держать обиду и, как нередко отмечали его знакомые, был компанейским парнем. Именно в силу этих причин он и позволил сейчас собеседнику изливать свою душу, преспокойно разглядывая соблазнительную грудь девушки, сидящей за соседним столиком.

Смеркалось. Зажглись первые фонари, и одинокие прохожие шлёпали по лужам, в качестве развлечения предаваясь лёгкой меланхолии, отчего все они казались потерянными и бесконечно одинокими. Вероятно, для того, чтобы хотя бы как-то разнообразить эту ситуацию, провидение посылало на улицы шумные и вызывающе наглые компании. Сталкиваясь друг с другом, эти представители полярных цивилизаций ещё больше углублялись либо в разнузданное веселье, либо во вселенскую грусть.

Наш герой снова остался один. «Да что же это за наваждение такое!» – печально подумал он, как прикованный наблюдая за беспечной болтовнёй своего приятеля и стайки девиц в коротких юбках. Всё безобразие, которое он наблюдал, происходило за соседним столиком. Самым обидным было то, что одной из девиц была обладательница той самой груди, которую он обозревал несколько абзацев назад, и к тому же она, казалось, была полностью поглощена его приятелем. «Почему он, а не я?» – завистливо размышлял Лампатата.

Ответом ему был взрыв громкого, но явно притворного смеха, и он отвернулся. Как бы нам ни хотелось, чтобы наш герой понял истинную причину этого веселья, мы вынуждены вас огорчить: он пребывал в совершенном неведении. Виной всему… нет-нет, не ограниченность Лампататы, а просто-напросто личностные комплексы, которые не позволяли ему без стеснения оглядеться вокруг. В первую очередь, стоит отметить, что наш герой был застенчив. Положа руку на сердце, кому из нас этот комплекс не отравлял жизнь? Застенчивость сковывает ваше тело, когда вы разглядываете себя в зеркале, сидя в кресле парикмахера, проявляется румянцем на ваших щёках, когда вы отчитываете кота за лужу в вашем правом ботинке, заставляет вас заикаться, когда вы хотите добиться повышения зарплаты. А сколько раз рот ваш сковывало молчание, когда вы не знали, как отреагировать на чьи-либо наглые действия!

Наш герой пребывал в нерешительности. Оцепенев от сложившейся ситуации, он судорожно вцепился в бокал и попытался пить маленькими размеренными глотками, так как понимал, что как только он окажется один на один с пустым бокалом, ему придётся на что-то решиться, а это было выше его сил. Мы, как авторы, со своей стороны видим для него следующие пути выхода из этой непростой ситуации:

1. Заказать себе ещё пива и попытаться очаровать барменшу.

2. Заказать себе ещё пива, присоединиться к компании и попытаться очаровать девиц.

3. Заказать себе ещё пива, вернуться к своему столу с надменным неприступным видом, дождаться, пока одноклассник вспомнит о нём и пригласит в компанию, и попытаться очаровать девиц.

4. Уйти, не попрощавшись, и попытаться очаровать какую-нибудь представительницу прекрасного пола по дороге домой.

5. Уйти не попрощавшись, вернуться домой, не очаровав никого по дороге, найти в справочнике телефон бывшей знакомой, пригласить её домой и попытаться очаровать.

За то время, пока мы так старательно придумывали эти варианты, наш герой поспешно допил пиво, и разрешил вопрос намного проще – оставил всё как есть и не предпринял ровным счётом ничего. Гениально, не правда ли? До такого варианта мы бы не додумались!

– Скучаешь? – неожиданно вернулся на своё место одноклассник, и жизнерадостно добавил: – Ещё пива?

– Было бы неплохо, – несколько отрешённо, но тщательно делая на этом акцент, медленно сказал Лампатата.

Когда наш герой поднял голову, то не без удивления отметил, что его приятель был уже у барной стойки. Мало того, он оживлённо жестикулировал и что-то весело рассказывал барменше, на что та отвечала довольным грудным смехом. Одноклассник выглядел умиротворённым и вполне довольным жизнью, однако, вернувшись к Лампатате с двумя бокалами пива, он неожиданно бросил:

– Ещё одна дура!

Несмотря на это видимое противоречие, наш герой не спешил реагировать на странное поведение собеседника. Приятель начинал нравиться ему всё больше и больше, и Лампатата добродушно, но с иронией в голосе заметил:

– Все у тебя то дуры, то лоси.

Не стоит слишком строго судить наших собеседников, так как и одноклассник, и наш герой к тому моменту были уже изрядно пьяны, и потому легко смирились с невозможностью найти общий язык. Мало того, они даже стали улавливать настроение друг друга.