– Зачем было вынимать из револьвера патроны?
– спросила вдруг Делла Стрит после некоторого молчания.

– Очевидно, тот, кто совершил убийство, решил, что если полиция не найдет патроны, которые были в барабане, то, стало быть, нельзя будет доказать, что роковая пуля была выпущена именно из этого револьвера.

– Но зачем тогда было выбрасывать револьвер на месте преступления? Ведь полиция легко определит владельца по номеру, - сказала Делла Стоит.

– Так ведь Эдисон говорил, что револьвер нашли случайно, полиция просто шуровала в том месте, и луч фонаря отразился от стальной поверхности. Револьвер лежал за булыжником в русле высохшего ручья, заметить его было почти невозможно. Сам булыжник был фута два в диаметре.

– Так ты считаешь, что убийца - Эдисон?

– Эдисон не станет убивать, - ответил Мейсон.
– Он импульсивный и раздражительный человек, но он привык взвешивать последствия своих поступков.

В этот момент зазвонил телефон. Делла взяла трубку.

– Да. Это ты, Пол? Да, шеф здесь.
– Она протянула трубку Мейсону. Дрейк хочет говорить с тобой.

Держа в одной руке трубку, Мейсон ухитрился другой рукой зажечь спичку и прикурить.

– Алло! Пол? Привет!
– проговорил он, выпуская изо рта голубоватую струйку дыма и задувая спичку.

– Перри, спрячь куда-нибудь Веронику. Куда угодно, только пусть исчезнет. Полиция собирается потрясти Деллу Стрит.

– Поздно, - сказал Мейсон.
– Полицейские уже здесь.

– Ничего не нашли?

– Нашли Веронику.

– Боже! Она же все расскажет!

– Она уже рассказывает. Ее забрали Холкомб и Трэгг.

– Будь осторожен, Перри. Холкомб может подстроить тебе ловушку.

– Я постараюсь, - пообещал Мейсон и повесил трубку.
– Дрейк говорит, что Холкомб может подстроить мне ловушку. Вдобавок ко всему, то ли ты забыла запереть дверь, то ли кто-то открыл ее другим ключом. Стоит проверить, - сказал Мейсон.

– Но не могли же они...

– Они могли поставить магнитофон. Надо проверить.

Он начал осматривать квартиру, заглядывая за все картины, отодвигая занавески, проверяя все углы. Делла присоединилась к нему.

– Ничего не видно, - сказал Мейсон, переворачивая подушку большого кресла.
– Вот это да!
– вдруг воскликнул он.

Делла подбежала к адвокату.

– Что это?

В кресле под подушкой лежали шесть пустых гильз от патронов тридцать восьмого калибра.

– Подброшенное вещественное доказательство, - сухо ответил Мейсон на вопрос Деллы.

– Их положил сюда Холкомб?

– Если здесь сидела Вероника, это могла сделать она. Или Лоррейн Фэррел. Когда, ты говоришь, она заходила к тебе?

– Она была здесь лишь минутку.

– Она подходила близко к этому креслу?

– Да. Она на секунду присела в него.

– И Вероника тоже сидела в нем?

– Да.

Мейсон задумался.

– Что же делать?
– спросила Делла Стрит.

– Если это ловушка, то мы должны позвонить в полицейское Управление и сообщить о находке. Этим мы поставим Холкомба на место. Если нет, если кто-то другой оставил их здесь, то нам стоит избавиться от них, но так, чтобы не попасться.

– А если это все же ловушка?

– Тогда мы пропали.

– Как же узнать - ловушка это или нет?

– Во-первых, нужно точно установить, была ли заперта дверь.

– Конечно.

– Мне кажется, что, уходя, ты не спустила собачку. Голова была занята другим, вот ты и забыла.

– А что будет, если позвонить в полицию и сказать, что мы нашли эти гильзы?

– Тогда нашему клиенту придется еще хуже. Если бы я попытался скрыть это вещественное доказательство, то неужели я настолько глуп, чтобы хранить его в твоей квартире? Но публике на это наплевать. Я уже вижу кричащие заголовки газет: "Адвокат Эдисона утаивает вещественные доказательства! Полиция нашла стреляные гильзы в квартире секретаря Мейсона!"

– Да, это можно себе представить, - сказала Делла.

– Но если это подстроено полицией, и я попытаюсь вынести отсюда эти гильзы, и полиция при этом задержит меня... Делла, у тебя здесь не найдется резинки?

– Какой резинки?

– Желательно потолще.

– Я посмотрю. Но зачем?

– Я хочу выбраться из ловушки, - улыбнулся Мейсон.

Резинка нашлась. Мейсон привязал ее к двум перекладинам в спинке стула, соорудил вполне приличную рогатку и открыл окно.

– Когда-то я был неплохим стрелком из таких орудий, - сказал адвокат.