– Я работаю на него.

– И много он вам платит?

– Вас это не должно беспокоить. Я получаю достаточно. Я сам выбираю сумму гонорара и поставляю Дункасу факты в том виде, в каком хочу.

– А он предает их гласности?

– Вы совершенно правы.

– Если вы не предоставите ему факты, то публикации не будет?

– Разумеется.

– А отчего зависит то или другое решение?

– От многого.

– Деньги?

– А вы как думаете?

– Я спрашиваю.

– А я не отвечаю.

– Так нам трудно договориться, - заметил Мейсон.

– Призовите на помощь ваш опыт, - сказал Хэнсел, - зря, что ли, вас учили в колледже?

– Факты, которые вы используете, всегда точны?
– поинтересовался Мейсон.

– Всегда точны. Ваш клиент ухлестывает за девчонкой, которую подвез на машине. Он использовал свои связи, чтобы устроить ее в хороший отель. Управляющий отелем его близкий приятель. Ее забрали в полицию за бродяжничество. Высокооплачиваемый адвокат Эдисона тут же пришел к ней на помощь. Замечательная история для газеты. Возникает вопрос - что заставило вас, известного юриста, броситься на помощь и вытащить из тюрьмы под залог какую-то девицу? Мое сердце разорвется на части, если я не представлю эти факты.

– Никогда раньше ваше сердце не разрывалось?
– усмехнулся Мейсон.

– О, много раз, - воскликнул Хэнсел.
– Жизнь полна разочарований.

– Мы уже находим общий язык, - заметил Мейсон.

– Возможно.

– Но окончательно мы договоримся попозже.

Лицо Хэнсела вспыхнуло.

– Я не привык ходить по подобным заведениям. В следующий раз вы сами ко мне придете.
– Он поднялся с кресла, швырнул окурок в сторону корзины и не попал.
– Вы знаете мой адрес. Но торопитесь, мистер Мейсон. Колонка Дункаса выходит в десять часов вечера.

– Думаете, он заплатит вам больше, чем Эдисон?

– А сколько заплатит Эдисон?

– А сколько заплатит Дункас?

– Не забывайтесь, - начал злиться Хэнсел.
– Дункас публикует то, что я даю ему, потому что мои материалы всегда первосортные. А я у него на зарплате, так что нужно поворачиваться и отрабатывать денежки.

– И что?

– Если бы у меня не было Дункаса, я был бы никем.

Он взял со стола свою шляпу и неожиданно замер. Вынув чек из шляпы, он внимательно посмотрел на него, потом перевел взгляд на Мейсона. Мейсон молчал. Хэнсел еще раз взглянул на чек, затем подошел к корзине, поднял с пола свой окурок, подошел к столу и потушил окурок в пепельнице.

– Извините, я немного промахнулся, - сказал он.

Мейсон молчал.

– Я прошу прощения, - заявил Хэнсел.

– Да, ладно, - отозвался Мейсон.

– Знаете, мистер Мейсон, - усмехнулся Хэнсел, - каких только людей не встретишь в нашем деле.

– Догадываюсь, - кивнул Мейсон.

– Но, - заметил Хэнсел, - мы не любим чеки.

– А мы не любим шантажистов.

– Хорошо, - сказал Хэнсел, обнажив в ухмылке желтые зубы.
– Вы продолжаете грубить - это ваше дело. Однако если этот кабинет прослушивается, то вам будет очень не по себе. Учтите, я - официальный представитель прессы. В моих силах организовать скандал Джону Рэйсу Эдисону. Этот чек еще раз доказывает, что факты, собранные мною, верны.

Мейсон пожал плечами.

– Хочу вам сообщить на прощанье, - сказал Хэнсел, - что в случае, если со мной произойдет нечто непредвиденное, то мистер Дункас получит мои материалы по почте и приложит все усилия, чтобы опубликовать их не изменяя имен и избегая неоднозначных толкований. Черт побери, я ненавижу чеки!

– Вы мне это уже сообщали, - спокойно произнес Мейсон.

Хэнсел аккуратно сложил чек, положил его в бумажник и вышел из кабинета.

6

Незадолго до окончания рабочего дня зазвонил телефон. Делла Стрит взяла трубку.

– Да, Герти, подожди.
– Делла повернулась к Мейсону и сказала: - Это опять Эдисон.

– Он звонит по телефону?
– спросил Мейсон.

– Нет, шеф, он сидит в приемной.

– Хорошо, - нахмурившись сказал адвокат, - пригласи его.

Через минуту Джон Эдисон вошел в кабинет.

– Присаживайтесь, мистер Эдисон, - предложил Мейсон.

– Черт возьми, я не могу усидеть на месте, - заявил бизнесмен, нервно вышагивая перед столом Мейсона и сжимая кулаки.

– Что произошло?
– спросил адвокат.

– Если бы я сам понимал!

– Снова ваша юная, невинная девственница?

– Какая еще девственница?

– Которая бродяга.

– А-а!
– протянул Эдисон и, словно вспомнив, спросил: - Вы что-нибудь предприняли?

– Полагаю, что я решил эту проблему, - улыбнулся Мейсон.
– Но учтите, что если вас когда-нибудь спросят об Эрике Хэнселе, вы его не знаете и никогда не имели с ним никаких дел.

– Да, конечно, - согласился Эдисон.
– Я был уверен, что вы справитесь, мистер Мейсон. Но теперь...