– Чего ты, вообще, знаешь о силе, тупой капитан?
– в очередной раз икнул Рыков.
– Ты только думаешь, что знаешь! Но на самом деле, не знаешь, ни хрена!

– Слышь, дятел! Того что я знаю мне вполне хватит, чтобы грохнуть тебя без суда и следствия!
– свирепо проревел Вадик, наливаясь праведным гневом.
– Например, я знаю про твоих уродливых друзей, огромных, противных креветок!

– Как, как ты их назвал - креветки?
– из динамик послышался презрительный смех, перешедший в надсадный кашель.

– Ну, все - подавился, теперь, это надолго!
– хладнокровно констатировал Костя.

Вадик, которому это бесплодное препирательство уже порядком надоело, со всего маху саданул ногой по двери. Но железное полотно, издав болезненный стон, как ни странно, выстояло.

– Не фига себе! Бронированная что ли?
– возмутился капитан и оглянулся назад.
– А ну-ка отойдите!

Все поспешно отошли в сторону, давая Вадику место для маневра. После чего, тот с разгону, в прыжке, всадил все свои сто с лишним килограммов в дверь. Поскольку вся эта силища была сконцентрирована на небольшой площади, измеряемой пространством подошвы его ботинка, удар получился пушечный.

Дверь согнулась пополам и с грохотом влетела вовнутрь помещения. Во все стороны брызнули металлические пружинки и болтики.

Если бы обитатель кабинета оказался прямо на ее пути, он был бы стопроцентным покойником. Впрочем, если бы ему очень повезло, и он находился на некотором расстоянии от траектории полета двери, могло статься, что он отделался бы лишь парой оторванных конечностей.

Но Рыков сидел у стола, расположенного сильно в стороне. Поэтому дверь прогрохотала мимо него, и, врезавшись в противоположную стену, вошла в нее на четверть, словно лезвие острого ножа.

– А что постучать было нельзя?
– сварливо поинтересовался Рыков.
– Обязательно было дверь ломать? Она, между прочим, стоит, как твоя годовая зарплата!

При этом он предупредительно держал руки на виду. Демонстрируя, что безоружен.

– Я сейчас в твою тупую башку постучусь!
– многообещающе проревел Вадик, выдергивая хозяина торгового центра из кресла.

Несмотря на то, что господин Рыков имел весьма внушительные габариты, в руках спецназовца, он висел, словно тряпичный Арлекин.

– Что это за место, где мы находимся? Говори урод, не то, я за себя не отвечаю!
– встряхнув негодяя за грудки потребовал Вадик и с отвращением отшвырнул его от себя.

– Это?
– Рыков дурашливым жестом обвел пространство вокруг себя.
– Мой супермаркет! А вот кто вы такие? Если вы сейчас же не уберетесь отсюда, я полицию вызову!

– Капитан, мне кажется, что он издевается над нами!
– нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, воскликнул Костя.
– Дай, я ему вдарю?

Вадик отрицательно покачал головой:

– Ну, тебя, еще убьешь сгоряча! Лучше я его сам буду пришибать помалу! Но делать это нужно в присутствии врача! А, ну пошел, упырь!

В это время, соратники Рыкова тревожно переглянулись и неожиданно встали на пути спецназовца.

– Это еще, что такое?
– удивленно посмотрел он на них, с высоты своего роста.
– Если вы собрались заступаться за своего друга - не советую! Я сегодня, с самого утра, сильно не в настроении!

– Нет, что вы, конечно нет! Напротив, мы настроены на сотрудничество!
– дуэтом горячо заверили его соратники.
– Дело в том, что здесь за стеной, в соседнем помещении, находится "транспортер"!

– Что тот самый?
– удивленно спросил Вадик.

– Тот самый!
– старательно, словно китайские болванчики, закивали толстяки.
– Показать?

Один из них подошел к стене и нажал на кнопку, замаскированную под хромированную головку, крепежного болта. Послышался тихий вздох, и стенная панель медленно съехала в сторону, открыв вход в соседнее помещение.

Внутри горел приглушенный свет. Посередине на массивном основании, стояла странная конструкция овальной формы. Она отдаленно напоминала вытянутую вверх раму огромного, в полтора человеческого роста, зеркала. К диковинному аппарату тянулись многочисленные кабели и электрические провода.

В углу помещения громоздились трансформаторы, целая куча контрольно-измерительной аппаратуры и еще какие-то непонятные приборы, о назначении, которых можно было только догадываться.

Вся эта электроника горела и переливалась гирляндами разноцветных огней, словно елка в новогоднюю ночь. Завороженные представшей пред ними картиной, спецназовцы опустили оружие и стояли, открыв рты, словно дети малые.