– Доставлена посылка из Ассинибойн-Сити, США. Весом шестьдесят восемь килограммов, – сообщил клерк со всемирно известной эмблемой UPS на бейсболке. – Распишитесь.

– Личные вещи вывозишь? – заинтересованно спросил Спадолин, они уже перешли с Зимом на «ты». – Я думал, ты там гнездо вьёшь.

– Па-а ма-а-рям и окиянам злая нас ведёт звезда, – насмешливо пропел Зим. – Бродим мы па разным странам и нигде не вьём себе гнезда… Это я велосипед себе выписал из США.

– Ты что, здесь себе велосипеда не мог купить? Да и на хрена он тебе?

Период совместного сосуществования длился у них уже три дня. С неохотой оба мужчины начали признавать, что между ними устанавливаются некоторые признаки взаимопонимания. В общем-то, это было не так удивительно. Оба они были примерно одного возраста, учились в похожих вузах, читали одни и те же книги. Если бы один мог закрыть глаза на откровенный космополитизм Зима, а другой – на работу Макса, то они вполне могли бы подружиться.

– Что ты понимаешь в байках? Это настоящий mountain-bike, американского производства, выпуска 1976 года. Рама – сталь в палец толщиной, шестерни передачи, как в немецком танке «Тигр», плавность хода, как в «Мерседесе» шестисотой модели! Я здесь на нём по горным дорогам рассекать буду!

– И где ты такой нашёл?

– Давно ещё, полтора года назад, на каком-то garage-sale. Зверь-машина. Я её оставил у приятеля, Бада, который там помощником шерифа работает. С тем чтобы выслал мне его по первому требованию.

– Ну-ну. Деньги тебе девать, видно, некуда.

– Я ж шакал пера, акула информационных каналов. Работаю на международную информационную корпорацию. Могу позволить.

Макс ещё раз недоверчиво покачал головой.

– Так значит, ты в Китай ещё не сподобился прокатиться?

– Вообще-то намеревался в ближайшие выходные. Но я эту поездку планирую уже второй месяц – всё что-то мешает. То работа. То вот агент КГБ на хвост сел…

– Я не агент. И не КГБ, если уж на то пошло…

– Ну и мудак, что не КГБ. Вот тоже мне обормоты! Такой бренд похоронили. У всего мира при упоминании этих трёх букв душа в пятки уходила. И что изменилось? По сути – ничего. Только из одной конторы сделали пять. И народу, наверное, раз в пять прибавилось, верно, Макс?

Спадолин только пожал плечами.

– Ну вот. Учение Паркинсона непобедимо, потому что оно верно.

– Щас в морду получишь.

– Ладно. Так что ты в Китае-то хочешь увидеть – моими глазами?

– В первую очередь я жду твоего рассказа о том, что из себя представляет эта самая турбаза – «Хун Шань». Сколько человек задействованы в обслуживании, кто они и какой национальности. Кроме того, интересуют любые объекты, могущие служить элементами тренировочного лагеря террористов. У такого лагеря бывает довольно много объектов двойного назначения – то есть госпиталь может быть оздоровительным центром, спортзал – он ив Африке спортзал, но в любом лагере боевиков есть один элемент, который очень затруднительно спрятать, – это стрельбище.

– Да, стрельбища двойного назначения я себе очень плохо представляю.

– Именно поэтому большинство по-настоящему серьёзных центров подготовки террористов имеют какую-нибудь государственную крышу. Одно время золотым местом их дислокации были Ливия и Афганистан. Потом режимы этих государств стали благодаря точечным ударам американских «Томагавков» несколько более вменяемыми, и все эти образования переместились в Африку и в некоторые отмороженные страны Латинской Америки. До сих пор как минимум один центр подготовки боевиков существует в северных районах Пакистана. Стрельбище трудно скрыть ещё и потому, что этот сам по себе громоздкий объект имеет и довольно большую зону отчуждения. На всякий случай, если вы не знаете: подобное место обычно является и тренировочным полигоном взрывотехников. Кроме того, лагерь подготовки обладает ещё и собственным автодромом с довольно разнообразным автопарком.

– А как тогда ваши слова о скрытых лагерях соответствуют утверждениям о превосходных способностях разведывательных спутников?

– Во-первых, для того чтобы разведывательный спутник мог что-либо рассмотреть на поверхности Земли, его надо на эту точку направить. Изменение траектории каждого такого устройства обходится в десятки тысяч долларов. Кроме того – чтобы съёмка была успешной, спутник должен пролететь прямо над объектом. В ситуации, когда местность изрезана большим количеством ущелий с крутыми стенами, шансы найти подобную структуру не очень велики.

– Всё, что ты сейчас перечислил, подразумевает наличие в тех местах развёрнутой тренировочной базы. А если там находится примитивная перевалбаза для упаковки и дальнейшей переброски наркотиков?

– Я думал на эту тему. Возможная версия, но маловероятная. Дело в том, что горные районы Китая не выдерживают конкуренции с такими наркопроизводящими районами Центральной Азии, как Таджикистан, Афганистан и тот же северный Пакистан. Слишком велики риски. Китай, блин.

– Ага. А организовать террористическое кубло – риск невелик?