– А ведь музыка, если её постоянно слушать, является не менее радикальным стимулятором, нежели кокаин. (В этот момент Зим подумал и о телевидении, которое он в настоящий момент представлял.)

Кругозор этого человека был поразительным. В какой-то момент Зим подумал, что по некоторым вопросам он содержит платных консультантов. Но дело, судя по всему, было в другом. Несмотря на все попытки выйти на уровень нормального цивилизованного бизнеса, дон Исидро был, по сути, заключённым на территории Гурундвайи. В большинстве стран мира правоохранительные органы, скорее всего, воспользовались бы любой, самой надуманной причиной для его задержания. Его бизнес был предыдущими поколениями Куэвасов выстроен безупречно, и самому дону оставалось только читать и философствовать среди ветшающего великолепия своего поместья. Возможно, он полагал себя вторым Ортегой-и-Гассетом.

– Я покажу вам практически всё, что вы только пожелаете увидеть, – завершил аудиенцию Куэвас. – Я не прошу от вас многого. Я просто хочу, чтобы хотя бы четверть из того, что я сказал вам сегодня в этой комнате, была услышана миром.

Слушая Куэваса, Зим неожиданно подумал о том, как он похож на одного старого учёного, жившего в Анадыре в конце девяностых годов. Безумная дороговизна билетов сделала невозможным для него хоть какие-то выезды в российские научные центры – Москву, Санкт-Петербург и Новосибирск, а интернет до Анадыря ещё не добрался. Николай Стальский изобрёл для себя собственную картину мира, в которой находилось место и параллельным вселенным, и психоделикам, и различным конспирологическим теориям. А так как Стальский ещё в молодости отличался довольно вздорным характером, то нарисованная им к старости космогония была просто удручающей. «Наверное, умный человек в условиях изолированного круга общения чаще всего сходит с ума», – подумал тогда Зим. Впрочем, дону Исидро было до этого ещё далеко.

На горизонте в тусклом утреннем сумраке загорелись огни.

Зим въехал на стоянку перед какой-то придорожной корчмой и заснул.

– Стало быть, бандиты из «Иван-Чая» имеют контакт с адвокатом Ибрагимовым.

– А это совершенно ни о чём не говорит. Я думаю, этот Ибрагимов обслуживает половину московских жуликов с Кавказа.

– Кажется мне, голубчик, вы его переоцениваете. В Москве слишком много этих жуликов.

– Ибрагимов представляет интересы «Центра-Рерих», а их сотрудник, занимавшийся оккультными изысканиями, был убит в подземном переходе – самом оживлённом подземном переходе Москвы, заметьте! Сейчас группа бандитов пытается похитить ещё одного духовного авторитета. И у них тоже оказывается карточка Ибрагимова!

– Шаман Болботун Хорхой… Да не кивайте, я отлично знаю как его зовут. Просто имя мне его нравится – сумел же, собака, выбрать… Сочное оно! Так вот, шаман Болботун Хорхой ни в коем случае не является духовным авторитетом. Это… ну, как бы по-человечески сказать, – частнопрактикующий медиум, окормляющий очень немногочисленную паству. Но немногочисленность его паствы с лихвой компенсируется её состоятельностью. Другие частнопрактикующие медиумы этого Хорхоя ненавидят. По причине его успешности, естественно. По его же собственной версии, Хорхой собирает миллионы со своих поклонников сугубо на пропитание и для того, чтобы безвозбранно заниматься высокими духовными штудиями. То есть, на первый взгляд, это очень ловко устроившийся проходимец. Впрочем, таковым его считают и все собратья по ремеслу, равно как и соприкасающиеся с ним попы, раввины, муфтии и бонзы.

– Ну, с этими всё понятно – прямой конкурент. Деньги, которые жертвуют Хорхою, вполне могли бы пойти на любой монастырь или в церковь.

– Ну… Конкурент… Вы знаете, Максим, что он проходил вместе с Зимгаевским по одному и тому же делу – по документу Z? И очень интересно проходил, заметьте… Тогда и возникли у меня, признаться, некоторые сомнения – да точно ли он проходимец?

Как ни странно, встречаться с Хорхоем Шергин отказался.

– Беседу с ним вы и сами проведёте, Максим. Вряд ли, конечно, он будет многословен. Я лично вообще сомневаюсь, что он вам что-то скажет. Скорее всего, он сделает это по принципу Бонапарта, который давал техзадание на написание французской конституции – «коротко и неясно». А что до самого факта его похищения… Вот что приятно – среди отечественных секьюрити встречаются настоящие профессионалы нашего дела. Чего не скажешь про ребят из отделения милиции. Настоящая бойня. Ни одного живого…

– Шаман утверждает, что вели они себя исключительно вежливо, просто хотели проводить его к какому-то шейху. Говорит, что до начала столкновения даже не видел в их руках никакого оружия.

– И тем не менее он сделал всё, чтобы этого приглашения избежать… Кстати, как эти люди оказались у него в квартире?

– Пока выясняется. Не исключено, что они проникли с технического входа ещё утром: разгружался контейнер в квартиру генерала Баблищева. Возможно, боевики были связаны с обслуживанием доставки.

– Это именно боевики?

– Как ни странно, да. Хотя предложение нанести визит шейху вполне мог передать и заурядный порученец. Ну, не совсем заурядный.

– А ему удалось бы ввести в заблуждение шамана?

– Я в этом ничего не понимаю. Так и быть, примем за данность, что ваш шаман обладает определёнными паранормальными способностями. Какие вопросы хотел задать ему шейх?

– И откуда у него уверенность, что Болботун стал бы на них отвечать?

– Я думаю, что сам вопрос подразумевал обязательный ответ. В любом случае нам, материалистам, трудно представить себе вещи, составляющие предмет их беседы.

– Всё это так. Но если их дела затрагивают мир реальный, мы обязаны начать в них разбираться. Поглядите, как странно всё происходит: вроде бы доказанная цепочка благотворительного финансирования объекта в Казахстане-КНР смыкается с активностью чеченских сепаратистов в Москве, а цепочка совпадений в свою очередь указывает на связь между чеченцами и оккультистами, специализирующимися на Центральной Азии. И это при том, что сами сепаратисты – люди предельно конкретные и обычно ничего, кроме самых кратковременных целей, не видят.