Шрифт:
– Сэр, - послышался голос за спиной.
– Для меня большая честь служить под командованием легендарного мидкоммандера Блэйза.
Я обернулся и увидел поджарого младшего коммандера с тонкой, щеголеватой полоской усов. Что-то невероятно знакомое и родное было в голосе и хитрой улыбке этого бравого офицера. Я внимательно всмотрелся в лицо, пытаясь вспомнить, откуда оно мне знакомо. В глазах солдата мелькнула смешливая искорка, и от волнения он начал теребить ухо.
– Отто! Отто Клевиц!
– озарило меня.
– Брат!
Я вскочил с кровати и, схватив его в объятия, оторвал от пола.
– Думал, что уже никогда не свидимся.
– Тише, тише, Вик, - попытался он высвободиться.
– Ты же меня так поломаешь, медведь.
– Это ж сколько времени прошло, дружище?
– Много... пожалуй, лет восемь.
– Как же ты изменился. Возмужал. Встретив на улице, не узнал бы. Да ещё эти дурацкие усики...
– А я тебя сразу срисовал. Когда меня пригласили в Мантикоры, я почему-то был уверен, что мы встретимся. Было бы несправедливо, если б наша общая мечта обошла тебя стороной.
– Я тоже рад, что мы оба добрались до нашей цели.
– Давно наблюдаю за твоими успехами, Вик. Эта операция со сбитой Небесной Крепостью, наверное, уже во всех учебниках есть. Для многих бойцов ты настоящая легенда. Вон, вся грудь фиолетовая, - кивнул он на мои награды.
– Не прибедняйся, - засмеялся я.
– У тебя нашивок не намного меньше.
Всю ночь, стараясь не тревожить соседей, мы тихо болтали, вспоминая проведённое вместе время и рассказывая о жизни в последние годы...
Глава 28
База Мантикор пряталась среди скал Фарерских островов. Создатели учебного центра считали, что двенадцатимесячная муштра в суровых условиях этой местности поможет создать действительно лучших бойцов.
График был настолько плотным и насыщенным, что в первые месяцы нам казалось, будто некогда даже думать. Времени на сон и отдых катастрофически не хватало, но ни один из нас не роптал - все были довольны вновь приобретёнными умениями. Позже я привык к нагрузкам, а многие действия, отработанные до автоматизма, превратились в инстинкты.
Несмотря на то, что я с детства готовился в Мантикоры, потратил уйму времени на тренировки и перевернул горы разных данных, здесь я получил много бесценных навыков и знаний, связанных в основном со шпионской и диверсионной деятельностью. Нас обучали способам получения, обработки и защиты информации, шифрованию и дешифровке, вербовке, методам результативного общения, психологического воздействия на людей и противостояния ему, умению не оставлять следов.
Я считал себя большим знатоком боевых искусств, но о тех приемах, которые узнал здесь, даже не подозревал.
Мы осваивали особенности разных регионов и могли легко слиться с местным населением, не вызывая подозрения, спровоцировать локальные народные волнения и провести масштабные диверсии. Нас знакомили с методами ведения партизанской войны, учили, как не сломаться в плену.
Мы штудировали топографию и ориентирование, овладевали способами выживания в экстремальных условиях: на жаре и в холоде, в джунглях и пустыне, в воде и в горах. Теперь мы могли делать оружие и взрывчатку из подручных средств. Кроме углублённого изучения своей и вражеской техники, мы осваивали и древнюю, чтобы при необходимости даже в Глазницах Предков можно было обзавестись средством передвижения или пушкой.
Те способности и качества, которые мы здесь приобретали, переводили нас на новый уровень - уровень особых, избранных людей.
В последние дни подготовки мы с Отто частенько проводили время за обсуждением разных вопросов. В этот раз мы говорили о том, какой станет наша служба после учёбы.
– А представь, если б нам удалось похитить Петра Разумовского. Это было бы похлеще, чем освобождение Зилана, - делился я мечтами с другом.
– Ну, ты хватил, Вик. Любой скажет: это невозможно, - усмехнулся Отто.
– Почему это?
– подзадоривал я друга деланным удивлением.
– Как это почему? Ну, во-первых, во времена операции "Аляска" всё удачно сложилось. Взрыв Ах-Пуча развалил Западников, и там наступил такой хаос, что было не до Зилана. Мантикоры, конечно, молодцы, что не упустили момента...
– А во-вторых?
– Во-вторых, Разумовский сейчас наверняка самый охраняемый субъект Альянса. Если б это было реально, Мантикоры уже давно провели бы операцию, не дожидаясь, пока мы закончим обучение. Ну и, в-третьих... Даже если мы что-то предложим, кто нас послушает?