При виде въехавшей на аллею Бекки собаки Дианы радостно залаяли. Они подбежали и окружили ее. Пудель Оскар, как всегда, остался в отдалении: слюнявый энтузиазм остальных был ниже его достоинства. Однако он подставил Бекке свою мягкую шевелюру на макушке для почесывания. Когда она направилась к конурам, он последовал за ней.

– Помочь? – спросила она у Дианы.

Диана приостановилась, опираясь на лопату.

– Есть вещи, – заявила она, – которые выходят далеко за рамки дружеских отношений, и просьба другу помочь сгребать собачьи какашки относится к их числу.

То, что Диана употребила слово «друг», согрело Бекке душу. Она посмотрела на древесные опилки, которые покрывали землю в окруженном невысоким забором загоне, и сказала:

– Пять собак много какают.

– Можешь мне поверить: в следующий раз я заведу в качестве любимцев мышей-полевок. – Диана снова принялась убирать какашки. Она спросила: – Что тебя сюда привело?

Бекка начала с тюленя, Энни Тэйлор и погружения. С погружения она перешла на Айвора, а с Айвора – на Шарлу. Диана прожила на острове уже больше тридцати лет. Если Айвор солгал насчет Шарлы, то Диана скорее всего сможет это определить.

– Дети? – переспросила Диана по окончании рассказа. – Нет. Насколько я знаю, у нее никогда не было детей. Не исключаю, что она могла родить ребенка, будучи подростком. Но тогда она жила в Оук-харбор, и если действительно родила, то скорее всего отдала ребенка на усыновление. Но если такое и было, то мне она никогда об этом не говорила. А в чем дело, Бекка? Что происходит?

– Она кажется грустной, вот и все, – ответила Бекка.

Тут Диана выгнула бровь. Бекка прекрасно поняла, что означает эта выгнутая бровь. Диана знала, что это далеко не все.

Тогда Бекка рассказала ей про одежку: три комбинезончика, а еще маленькие футболки и обувь. Реакция Шарлы оказалась логичной:

– А ты уверена, что сундук принадлежал Шарле? Если он стоял в курятнике, то мне кажется более вероятным, что он Айвора. Или что они с Шарлой пользуются им вместе. А у Айвора есть дочь. Стеф. Она живет в Виргинии.

– Нет, – возразила Бекка. – В сундуке были только вещи Шарлы. Фотографии, одежда и все такое.

– Тогда это интересно, правда?

– И мне подумалось… Ну, ты не чувствовала чего-то, когда была с ней?

Она не решалась более открыто говорить о способности Дианы к прикосновениям и о том, что происходило, когда она дотрагивалась до другого человека.

– Я ощущала глубокую печаль, – ответила Диана, – которую ты и сама в ней заметила. Но у меня всегда было ощущение, что у Шарлы множество поводов для печали.

– Потому что она была замужем за Эдди Беддоу?

– Это было началом, да. Но я подозреваю, что на это наложилось еще много всего.

Но что именно означало это «много всего»? В данном случае Диана больше ничего не пожелала говорить. Бекка нисколько не сомневалась в том, что известно ей гораздо больше. Не было сомнений и в том, что Диана полагает: Бекка Кинг намерена выяснить это самостоятельно. Бекка размышляла над этим, крутя педали, до того момента, как оказалась у мотеля «Утес». Здесь дальнейшие размышления тут же были забыты: свернув на Камано-стрит, она увидела заброшенный участок рядом с парковкой мотеля.

Там Деррик и Джош отыгрывали роли Старшего Брата и Младшего Брата. В дальнем углу они сооружали какое-то убежище, для которого требовались строительные отходы и забивание множества гвоздей. Откуда-то доносился громкий рэп.

Бекка подумала: вот и еще нечто, чего она избегала. Ей не хватало отваги встречаться с Дерриком, однако она понимала, что обязана кое-что ему сообщить. В итоге он возненавидит ее еще сильнее, но раз уж между ними все кончено, то ничего еще более страшного она уже не предвидела.

В результате она поставила велосипед на краю участка и прошла по молодой траве, которая только начала расти. Джош заметил ее первым и закричал:

– Эй, Бекка! Смотри-ка, что мы строим! Будет круто!

Она храбро помахала ему рукой. Деррик, заколачивавший гвоздь в доску, бросил на нее один взгляд – и все. Она чуть было не развернулась на месте и не отступила при виде холода у него глазах. Однако она заставила себя идти дальше и послушно восхитилась сооружением, массу достоинств которого Джош ей объяснил. А потом она сказала мальчугану:

– Можно я секунду поговорю с Дерриком?

Джош перевел взгляд с нее на Старшего Брата и сказал:

– Только не долго, ладно? А то нам надо работать.

Бекка пообещала:

– Недолго.

Не похоже было, чтобы Деррик был в восторге от необходимости с ней говорить – и Бекка его в этом не винила. Она страшно облажалась, достав спрятанные письма к его сестре. Ее действие привело к тому, что теперь письма потеряны, и она вполне понимала, почему о прощении за этот проступок не может быть и речи.