– Мне Дуга Анселета, если можно.

– Вы – клиент?

– Потенциальный.

– Можно спросить, кто вам порекомендовал нас?

– Питер Бондюран. – Блеф чистой воды – тот еще любитель клубнички.

Голос за нашей спиной: «Карен, если он знаком с Питом, пропусти его».

Я вошел. Славный кабинет: темное дерево, гравюры – сцены из игры в гольф. Пожилой человек, одетый Для игры в гольф, на лице – официальная улыбка.

– Дуг Анселет – это я.

– Дейв Клайн.

– Как там Пит, мистер Клайн? Сто лет его не видел.

– Занят очень. Разрывается между работой на Говарда Хьюза и журнальцем «Строго секретно».

Фальшиво-теплым тоном: «Господи, уж мне эти его Истории. Знаете, уже несколько лет Пит является нашим клиентом и одновременно подыскивает таланты для мистера Хьюза. Собственно, мы представили мистера Хьюза нескольким молодым леди, работавшим у нас, и они заключили с ним контракт».

– Пит свое дело знает.

– И то верно. Господи, не верится, что он – тот самый человек, который подтверждает подлинность пакостных статеек в этом богомерзком журнальчике. Он не рассказывал, как работает «Премьер»?

– Не вдавался в подробности.

– Исключительно по рекомендации. Люди рекомендуют нас своим знакомым, те – своим и так далее. Мы работаем по принципу относительной анонимности – все наши клиенты обзаводятся псевдонимом и сами звонят нам, когда желают воспользоваться нашими услугами. Таким образом, у нас нет данных ни об их настоящем имени, ни о номере телефона. У нас есть личные дела, включающие фотографии девушек, которых мы посылаем на такие «свидания», и у них тоже есть псевдонимы – более или менее соблазнительного свойства. За редким исключением вроде Пита, я не знаю по именам и полудюжины наших клиентов и наших девочек. Личные дела девочек включают и списки их клиентов – это облегчает рекомендации. Анонимность, понимаете? Мы принимаем только наличные, и, уверяю вас, мистер Клайн, – я уже забыл ваше имя.

Ну-ка, потрясем его. «Люсиль Кафесьян».

– Прошу прощения?

– Мне ее рекомендовали – еще один клиент. Сексапильная брюнетка, немного полноватая. Он так и сказал – «с ней было здорово». К сожалению, он добавил, что вы ее уволили за то, что она заразила некоторых клиентов венерическим заболеванием.

– К сожалению, мне пришлось из-за этого уволить нескольких девочек, и у одной из них действительно была армянская фамилия. А что за клиент упоминал о ней?

– Парень из оркестра Стэна Кентона. Внимательно смотрит на меня – видать, заподозрил, что я полицейский. «Мистер Клайн, чем вы зарабатываете на жизнь?»

– Я адвокат.

– А с собой у вас что – магнитофон?

– Да.

– А почему носите револьвер в наплечной кобуре?

– Потому, что я – глава Отдела административных правонарушений Полицейского управления Лос-Анджелеса.

Лицо его стало наливаться краской. «Вам меня порекомендовал Питер Бондюран?»

Достаю портрет вуайериста, слежу за его реакцией. «Так это он меня рекомендовал? Я никогда не видел этого человека, и, судя по портрету, он значительно моложе, чем большинство моих клиентов, мистер…»

– Лейтенант.

– Мистер лейтенант Как-вас-там, вы находитесь вне вашей юрисдикции – немедленно покиньте мой кабинет!

Я закрыл дверь. Лицо Анселета стало красным – казалось, его вот-вот хватит удар – поосторожнее. «Вы, должно быть, связаны с Мортом Риддиком из отделения Беверли-Хиллз? Поговорите с ним – он меня знает. И Пит Б. меня знает – позвоните ему и спросите обо мне».

Лицо его из свекольного стало пурпурным. На столе стоял поднос с закусками и выпивкой – я налил ему из графина.

Он выпил все это одним глотком и закивал, чтобы я добавил. Я добавил еще немного – он выпил это и заел какими-то таблетками.

– Сукин сын – прикрываться именем моего доверенного клиента! Сукин сын!

Еще добавки – на сей раз наливал он сам.

– Пару минут вашего времени, мистер Анселет. И вы заключите ценный контракт с Полицейским управлением Лос-Анджелеса.

– Треклятый сукин сын! – остывая.

Я достал список клиентов. «Вот вымышленные имена, которые я нашел в одном полицейском деле».

– Я не стану называть ни одно имя либо псевдоним моих клиентов.

– Тогда – бывших клиентов. Это все, что мне нужно.

Прищурившись, водя пальцем по списку: «Вот, Джозеф Арден. Несколько лет назад он довольно часто пользовался нашими услугами. Я еще запомнил, потому что моя дочь живет возле молочной Ардена в Калвер-сити. Неужели этот человек якшается с уличными девками?»

– Именно. А клиенты очень редко меняют псевдонимы. Итак, этот самый Арден – он имел дело с девушкой с армянской фамилией?