Кит чуть нахмурился. Предложение было заманчивым, но повторение такого вот сказочного марафона могло Лису аукнуться очередной комой.

– Без этого лучше, - озвучил Пакость мысли Кита и лениво потрепал рыжего по волосам.
– А то я поседею с твоими выходками.

Он устроился на краю, вытянув длинные ноги поперек кровати и предоставив их для опоры хитро извернувшейся почти в самом центре их ложа Спящей. Немо по-прежнему обнимала ее, и теперь, судя по разгладившемуся лицу, это не вредило ей. Кит даже тронул ее за удачно привалившееся к нему бедро и тихо спросил:

– Тебе нормально? В такой толпе?

– Нормально, - так же тихо ответила Немо.
– Сейчас почему-то абсолютно нормально. А может, - голос ее стал громче и она приподнялась на локте, чтобы ее было видно из-за Спящей.
– Может, каждый что-нибудь расскажет, а не один Лис?

– Например?
– лениво поморщился Пакость.

– Например, как у кого сила появилась в первый раз или еще что-то. Да хоть книги и фильмы пересказывать друг другу, лишь бы не спать…

– Я бы могла о своих путешествиях рассказать, - неожиданно поддержала ее Спящая.
– Если кому интересно.

Немо согласно кивнула, за ней Кит. Пакость равнодушно пожал плечами, мол, делайте, что хотите.

– Но Лис все равно начнет, можно?
– поднял руку Сын Солнца, как ученик в школе, в которую он едва ли когда-то ходил. – Когда Лис был еще совсем маленьким…

Предрассветный час подкрался к ним на мягких влажных от росы лапах, застав всю компанию сонной, но странно умиротворенной. Они говорили о бабочках, рождающихся из цветков, о солнечных улицах Рима, о пожарниках, сжигающих книги, о вкусе закатных облаков, о стране островов Дании, о плачущей девочке, тянущей за братом чемодан, о том, кто рисует на стеклах узоры зимой, о том, какие на ощупь цветные скалы Китая, о сироте, воспитанной драконами, о божьих коровках, через которых можно передавать Солнцу приветы, о полях тюльпанов в Нидерландах, о странном человеке, носящем ромашки на могилу белого мышонка, о волшебных мелках, об утонувших звездах на Мальдивах и марсианском картофеле, пока Пакость, стряхнув с себя сонливость, не увидел едва сереющее небо.

– Ура! Дождались! – он скатился с кровати, дергая сонных друзей за руки, ноги и волосы. Кит, которому он едва не засадил пальцем в глаз, только лениво отбрыкнулся. После бессонной ночи им овладело то раздражающее состояние, когда заснуть не получается, а сил уже нет. Одно дело – лежать вповалку и слушать рассказы, а другое – шевелиться.

– Поднимаемся! Поднимаемся! Мы это пережили, - Пакость повторно потормошил всех, до кого смог дотянуться, дав Киту очередной повод его недолюбливать. Мало того, что ростом не обделен, руки длиннючие, так еще и отвратительно бодрый по утрам.

Спящая лениво потянулась, разбросав волосы по плечам, но с места не сдвинулась. Лис со следом от спинки кровати на щеке сонно моргал. Немо прятала зевки в воротнике своей футболки.

– Лис! Лисище! Давай поднимайся!
– Пакость дернул рыжего за пятку.
– Двигаемся, расползаемся… Не спать. Кому сказал! Немо, давай… Хотя ты тут живешь, так что сиди. Спящая, давай. Давай… Кит…

– Отвянь, - отмахнулся Кит от пока еще не очень хорошо различимой длинной фигуры с болтающейся на шее сосновой шишкой, которая никак не могла оставить их в покое.

Конец опасного кошмара его тоже радовал, как и всех остальных, но он планировал радоваться после того, как отоспится.

– Тьфу на вас, - беззлобно отмахнулся Пакость и пошел к двери.
– Можете тут и валяться, а я пошел к себе. Если не в столовую. Есть охота…

Он еще раз дернул Кита за ногу, получил пяткой в живот и отстал окончательно. Лис, оставленный в покое, тут же засопел, заняв нагретое Пакостью место. Растрепанная Спящая ерзала и с закрытыми глазами шарила по полосатому матрасу, ища отброшенное куда-то ночью одеяло, Немо сидела, уткнувшись лицом в колени. Никто не собирался вставать. Кит тоже прикрыл глаза, кое-как вытянувшись на краю рядом с Немо и надеясь хоть немного подремать. Он слышал отдаляющиеся шаги Пакости, потом звук открывающейся двери и наконец долгожданную тишину. Пакость словно замер на пороге, явно растеряв свой энтузиазм, и вот-вот должен был завалиться к ним, двигая всех. Кит немного напрягся, ожидая возможной атаки. Ничего.

Он открыл глаза, желая позвать Пакость, но не увидел его. Дверь была распахнута настежь, а за порогом медленно умирала, бледнея и тая, Темнота. Пакости не было.

Глава 53

Сожженная шишка

«Не дождетесь»

Первой пришла боль. Бьющееся в груди сердце неожиданно превратилось в раскаленный пульсирующий комок, разгоняющий ее по венам и заставляющий корчиться в муках. Он ничего не видел и не слышал, не понимал, где находится.

Потом жар в груди утих. Влажный холод окутал его, заставляя тело мелко дрожать, а в миг промокшие джинсы липнуть к телу.

Щеки защекотала длинная шерсть. Влажный язык заботливо слизал с его лица холодные капли, обдал неповторимым ароматом собачей пасти и пропал. Этот язык и привел его в чувства. Теперь он ощущал, что не висит в воздухе, а лежит на чем-то сыпучем и влажном. Пакость медленно открыл глаза и увидел сияющее чистотой утреннее небо. Великаны-сосны участливыми слугами склонялись к нему, заглядывая в лицо. Когда их ветви перестали троиться и расплываться, Пакость, кряхтя, заставил себя сесть.

Кожа на груди горела. Опустив глаза, он увидел почерневшую, словно от пламени, сосновую шишку на расплавленной нитке, а под ней вздувшийся пузырями ожог. Вокруг вкрадчиво шептал неуловимо знакомый сосновый лес.