Может, ни одно слово из этой гневной тирады и не достигло Пакости, но сам тон заставил его в прямом смысле отступить.

– Хорошо, хорошо… Не буду я к нему ходить…

Он помялся, посмотрел куда-то на родной корпус, выискивая пути к отступлению, и бросил торопливо:

– Спящая заспала. Пойду будить. Если Кит уже не успел…

Немо не слышала, как он уходил. Она стояла, прижав ко лбу мокрую футболку, и приходила в себя после обжигающей для нее самой вспышки.

«Ец» менял людей. Перемены в себе должны быть не так заметны, как перемены в других, но Немо видела существенную разницу между собой прежней и нынешней. Она пришла сюда настороженной тихоней, которая пряталась от всего за ненадежными щитами потертых обложек, больше слушала, чем говорила, и вздрагивала от любой сильной чужой эмоции.

«А уйду, похоже, истеричкой…», - мрачно подумала она, отмечая, что сорвалась самое меньше во второй раз.

«И все Пакость… Пока не крикнешь – не понимает».

Немо не могла быть уверенной на сто процентов, но чувствовала, что главный упрямец передумал пытаться спасти Плаксу. Кит, Шестой и Спящая в тот день тоже не приближались к заброшенному корпусу. Но после вкусного завтрака, состоявшего из немного подгоревших гренок с яйцом, на втором этаже, в комнате, где они ночью обнаружили пропажу, появился Лис.

Его привычная желтая футболка сохла на кусте, и веснущатые плечи укрывала другая – некогда красная, вся заляпанная красками, словно ее надевали во время ремонта, а на щеках, на носу и подбородке фальшивыми веснушками застыли кусочки желтка. Лис задумчиво посмотрел на потолок, потом заглянул под кровать и вытянул из кармана сосновую шишку.

– Лис вот тут тебе оставит… - шепнул он Плаксе, укладывая подношение на кровать.
– Лис уже уходит, не сердись на Лиса. Лис просто подумал, что если ты захочешь вернуться, у тебя будет самая красивая шишка.

Для любого другого это могло показаться бессмыслицей, но Лис всегда знал, что делал. Он снова посмотрел по сторонам, грустно вздохнул и убежал обратно, в «Ец», освещенный ласковыми лучами его мамы. Привязанные кроссовки били его по ногам, подгоняя.

Глава 44

Шишка в кармане

«Пора…»

За призраками не надо гоняться. Призраки умнее живых и лучше них знают, когда и где им надо быть и когда, что и кому говорить. Шестой не делал записей о призраках, но если бы делал – упомянул этот факт обязательно. Если ты хочешь поговорить с призраком, то не надо его караулить. Он сам придет тогда, когда это уместно, когда вам двоим будет удобно говорить, и скажет все, что надо. Призраку ничего не надо объяснять, он все знает и даже лучше тебя.

– Передай ему спасибо, - взволнованный молодой голос настиг Шестого ночью, по дороге из туалета, напугав при этом чуть ли не до обморока.

Для новичка, с трудом смирившегося с существованием Тук-тук-тука, темные коридоры теперь стали сосредоточением страхов, и незримый призрак даже виновато вздохнул, когда он испуганно подскочил.

– Просто передай ему спасибо, - в голосе, который не исходит ниоткуда, а просто рассеян в темноте вокруг, было такое облегчение, что пробирала дрожь.
– Он правильно решил. Пусть отдаст им билеты. Адрес в ежедневнике точный. Я давно обещал сводить брата в цирк, но раз так, пусть его сводит кто-то другой.

Потерявший от страха дар речи Шестой только кивал на каждое слово. Это был далеко не первый встреченный им призрак, но насколько легче было сталкиваться с ними в гудящем круглые сутки, полном людей и машин городе, чем в заброшенном странном месте, где каждый кирпич мог вздыхать, а дерево нашептывать на ухо секреты. Стоило только выйти из корпуса, и странные звуки наваливались на него, оглушая и сбивая с толку.

– Только и всего? – недоверчиво переспросил Кит, когда он передал ему послание.
– А не врешь? Хотя с чего тебе врать…

Шестой пошел к нему первым делом, несмотря на поздний час, и застал сидящим на кровати в темноте. Этот его новый знакомый, как он успел заметить, часто не спал ночью, хотя из развлечений у него была только заезженная музыка на телефоне. Объяснение такому поведению лежало на поверхности, но Шестой не стал ковыряться в этом вопросе.

– Поедешь?

Кит мрачно кивнул, с неохотой берясь за это поручение. Оглядел скучную холодную комнату так, словно не мог понять, почему не хочет оставлять ее даже на одну ночь.

– Придется. Да и накопилось уже причин ехать в город. Всем что-то надо… Может, не сегодня, может, завтра соберусь. Лишь бы дождя не было.

– А я уеду завтра… - негромко признался Шестой, озвучив то, что решил еще прошлой ночью, когда не мог уснуть после спасения Спящей.

Кто ему был этот полузнакомый провидец, с которым его кроме призрака и не связывало ничего почти? А сообщить о своем уходе оказалось задачей более сложной, чем он предполагал. Он ждал какого-то ответа, но Кит все молчал, неотрывно на него смотря. В темноте Шестой не мог различить точное выражение его лица, но он показался ему озадаченным. Это даже немного пугало, будто Кит не мог понять, как можно покинуть «Ец».