Я морщусь. Нога, которой я все это время не чувствовала, вдруг, отдала сильнейшей болью. Аж, слезы из глаз брызнули.

– Настя! Ты сейчас опиралась на Катину сломанную ногу! Ну-ка кыш, пройдись, успокойся!

И Настя, подмигнув мне и поцеловав в щеку, скрылась за дверью.

– Это все кофе. Бедняжка так волновалась.

– Я сплю?

– Нет, дорогая.

– Я умерла?

– Да, ты чего? Это мы, твои родители. Примчались сюда как раз к началу приема посетителей. Все хорошо, деточка, кошмар закончился.

Закончился. Закончился….Закончился…. «Я тебя твоим родителям по кусочкам доставлю. А про женишка твоего вообще никто не вспомнит. Эта гнида здесь гнить будет!»

Я не понимаю, когда закричала. Вырываю руку, вытаскиваю одну иголку из руки, вторую, третью, кричу, плачу, зову! Кого? Но понять этого не успеваю. Добрый дядечка вкалывает успокоительное. Сон…

– Что с ней? Она оправится?

Дядечка в белом халате и смешных очках, с белой бородой и полысевшими висками мирно выслушал все вопросы беспокоящихся родных и, наконец, ответил.

– У нее…акклиматизация, так сказать, она приходит в себя после нервного потрясения. Ее психика сейчас слаба. Еще одно потрясение и она может вообще забыться в воспоминаниях. Но это недолго. Всего пару недель. Под присмотром врачей она сможет прийти в себя и, наконец, понять, что ужас закончился. Просто потерпите и постарайтесь не упоминать события, после которых она попала в больницу. Хорошо?

– Да. А мальчик, у него тоже такая проблема?

– Мальчик впал в кому утром…

Любовь Юрьевна ахнула и, прикрыв рот рукой, оперлась о твердую руку мужа.

– Как же это?

– Думаю, не стоит предупреждать, что об этом девушке тоже не стоит говорить?

– Да, конечно…Конечно, конечно. Спасибо вам, доктор.

– Не стоит.

– Ох, что же будет, что же будет…

ДВА МЕСЯЦА СПУСТЯ.

– Подсудимый, встаньте. Вы согласны с предъявленными обвинениями?

– Да.

– Тогда. Объявляю вас виновным по статье 126 УК РФ за похищение и удержание лиц в неволи и по статье 121 УК РФ за нанесение тяжких телесных повреждений, вы приговариваетесь к 37 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. – Громкий стук судейским молоточком возвестил об окончании судебного процесса.

Я, как сомнамбула, лишенная эмоций, поддерживаемая подругой и матерью под руки, осторожно, опираясь на костыли, направилась к выходу. Сзади шел отец, громко разговаривающий по телефону и тихий Флам, готовый раствориться под моим взглядом.

ДА, он все еще чувствует себя виноватым, все еще не может поверить, что из-за какой-то глупой дешевки его брат стал бояться, ненавидеть самого себя.

Кто был этому виной? Аня. Моя старая знакомая еще со школьной скамьи. Оказалось, что эта больная влюбилась в Айса безответно, тот ее отшил, променяв на какую-то блондинку. Ну, а она, посмотрев как-то странный фильм с «добрым» названием и сюжетом - «Я плюю на ваши могилы», решила отомстить. И понеслось.… Сначала доведение одной девушки до самоубийства, затем второй. А потом, войдя во вкус, суровая мстительница сама начала находить девушек и уговаривать их познакомиться с ее «другом», вот только, им запрещалось говорить, кто их свел. Все должно было быть «случайным». Случайная встреча, случайное знакомство, случайный секс, случайная смерть.…

Да, некоторых приходилось убивать самой, заманивая в ловушку. Но девушку это не пугало, наоборот, прибавляло азарта. Она почему-то была уверена, что устав от смертей, парень непременно захочет покончить собой. И вот только после этого она смогла бы почувствовать себя отмщенной.

Но затем случайность познакомила Айса с ее подругой Катей, которую слишком жалко было убивать. И понеслось…Ошибка, ошибка.…Пришлось менять план и убирать объекты чужими руками. Она привлекла отца одной погибшей, чуть не сведя его с ума своими бесконечными звонками и рассказами о злобном маленьком мальчике Романове Алексее…

В общем, в конце концов, узнав о том, что ее подельника арестовали, а бедный Романов находится в больнице, причем в тяжелейшем состоянии, Аня вдруг ощутила вину и пришла с поличным.

Странная штука жизнь. Она ломает людей, как кукол, выворачивая их наизнанку, заставляя вытворять страшные вещи во имя мести, лжи, любви. Странный мир. Странные люди. Странная я.

– Кать, ты домой?

– Нет, в больницу. Нужно заглянуть к Айсу.

– Как он?

– Все еще в коме. – Симпатичная мордашки Катя погрустнела. Она очень надеялась, что Айсик, ее любимый Айсик, наконец, проснется. Но изо дня в день, приходя в палату, садясь возле него, понимала, что вряд ли это случится. Врачи уже пару дней намекали, что пора бы отключать паренька, нечего мучить. Но как же это? Прошло ведь всего два месяца. А вдруг он проснется, вдруг ему нужен еще день. В общем, поседевший отец не разрешил. Флам с нами был солидарен, хотя и не верил в чудо.

– Кать, ты ведь понимаешь, что от того, что ты пропустишь день рождение своего отца, Айс не поднимется с постели? – да, это был холодный голос Филиппа. Он единственный смел, так говорить. И говорил, и говорил…

– Отстань. Я успею. Я ведь всего на минуту. Мне просто надо с ним поговорить. Сказать кое-что важное.

– Кать, он не услышит. Как ты не понимаешь? – он опять вспылил. Хорошо, что Настя рядом. Она прижала его к себе и что-то зашептала на ухо. Успокоился. Сжал зубы и успокоился.