Взгляд Куруфина прикован, застыл.

От прядей ее аромат исходил,

Ее тонкие руки, сиянье очей

Его сердце пронзили заклятий сильней.

– Прекрасная дева, так что же с тобой,

Зачем ты из дома, презревши покой,

Ушла в одинокий мучительный путь?

Войны какие смогли полыхнуть

В самом Дориате? Поведай теперь!

Судьба ведь тебя охраняет, поверь;

Друзей ты нашла, - Келегорм ей сказал,

Пока на эльфийскую деву взирал.

Часть той истории сердце его

Знало уже, но она ничего

По лицу не прочла, там улыбка одна.

– Кто вы тогда, чья охота видна,

По чащам опасным несется чуть свет?

Тут хороший она получила ответ.

– Прекрасная, слуги твои пред тобой,

Князья Нарготрондской долины речной,

И просят они тебя с ними пойти,

Забвенье в подземных чертогах найти,

Надежду вернуть, отдыхая в тиши.

Повесть свою нам теперь расскажи.

Лутиэн рассказала о Берена днях

В северных землях, дороге в горах

К Дориату, как гневом Тингол воспылал,

И как по ужасному делу послал

Берена в путь. Но ни звука опять

Не молвили братья, чтоб не показать,

Как близко им то. О побеге своем,

Как прочь убежала под дивным плащом,

Легко рассказала, но слов не нашла,

Едва ее речь о долине пошла,

В Дориате, в сиянии звезд и луны,

Когда Берен еще не ушел из страны.

– Мои повелители, нужно спешить!

Нельзя отдыхать и дела отложить.

От слов королевы прошло много дней,

Видения сердца ее всех верней,

Сказала так Мелиан для Лутиэн,

Что Берен попал в ужасающий плен.

Тюрьма глубока Властелина Волков,

Там чары, жестокость и цепи оков,

Пойман, во тьме, где страдание гложет,

Берен лежит - если только, быть может,

Жив он и смерть на себя не призвал.
–

И голос ее тут от горя упал.

Куруфин Келегорму чуть слышно сказал

В стороне: - Ты теперь эту новость узнал

Про Фелагунда, узнали мы тут,

Куда Сауроновы твари ползут, -

И шепотом дал ему верный совет,

Что говорить он ей дожен в ответ.

– Дева, - сказал Келегорм, - ты видала,

Как наша охота по лесу скакала,

Отряд наш, хотя и силен он, и смел,

На крепость его б я вести не посмел,

На остров волшебный, где чары кругом.

Не думай, что дрогнули мы пред врагом.

Смотри же! Охоту забросив, с тобой

Помчимся обратно дорогой прямой,

И там мы и помощь найдем, и совет,

Как вывести Берена снова на свет.

Они взяли ее в Нарготронд за рекой,

И сердце ее было полно тоской.

Задержки страшилась; минута одна

Была словно час; догадалась она,

Что путь их быстрее теперь мог бы быть.

Мчался Хуан впереди во всю прыть,

Но мысли в тревоге: стремился понять,

Что хозяин его нынче хочет узнать,

Почему как огонь он вперед не летит,

Почему Куруфин с вожделеньем глядит

На Лутиэн, так он думал весь день,

И ощущал, как ползет злая тень,

Проклятия древнего встали следы.

Его сердце горит в ожиданье беды

Для Берена, для Лутиэн дорогой,

Для Финрода, что свой отринул покой.

Светом наполнился Нарога мир,

Музыка там, и готовится пир.

На пиру Лутиэн одна плачет теперь.

Ныне ловушки захлопнулась дверь,

Спрятали плащ, не осталось путей.

Молила она, не ответили ей,

Ей не сказали того, что хотела

Узнать она с жаром. И не было дела,

Казалось, до тех, кто вдали под землей

Страдает в темнице глубокой, слепой,

Где болью и мукой полна глубина.

Предательство поздно узнала она.

И в Нарготронде немедля узнали,

Что ее сыновья Феанора поймали,

Что Берена против смутили умы,

Что мало желали теперь из тюрьмы

Короля вызволять, чье желанье уйти