– Топай отсюда, грязное хромое чучело, - вежливо ответил консул, - придумают тоже…

– Ах так, - возмутилась прекрасная Анжелика, обнажила свои нежные розовые соски и сделала консулу глубокий, ну например, реверанс.

– Маркиза дю Плесси-Бельер, - прошептал потрясенный консул.

– То-то же, - удовлетворенно сказала прекрасная Анжелика, поднимаясь.

– Сударыня, - консул поправил гульфик и откашлялся, - вы арестованы…

Занавес.

Перепроверила.

 Нет, точно занавес.

 - Сереж, - растеряно говорю, - а ты пятую часть скачал?

 - А то!
– бодро отвечает любимый.

 - Ну спасибо тебе, Сереж.

 Бунтующая Анжелика. Читайте следующем номере

Пока не началось, я должна хотя бы тезисно сообщить, что все это время у Анжелики были дети. Так что я сейчас быстренько расскажу о детях, пока они не выросли и не отправились мстить мне за мать их.

Итак, у прекрасной Анжелики от графа де Пейрака было два сына. Кантор и Флоримон.

Кантор был очень прекрасный, но плохо кончил. Он отправился в Средиземное море искать папу и утонул.

Флоримон был совсем прекрасный, но кончил еще хуже. Он учился в школе и поступил в колледж.

От маркиза дю Плесси-Бельера у Анжелики был сын Шарль-Анри. Он был еще совсем маленький, но уже трудился при дворе Людовика пажом по пятьдесят часов в неделю, а стране, где плюют на КЗоТ, непременно грозит Французская революция, поэтому плохо кончил уже Людовик, но это, конечно, было уже сильно потом.

А теперь поехали.

Людовик Четырнадцатый был страшно недоволен Анжеликой. Она, как все мы помним, сбежала из дворца гулять в Африку и искать мужа, оставив короля с восставшим естеством. Поэтому эти три года Людовик ходил по двору, стыдливо прикрывшись ладошкой, и весь Версаль ржал над его объяснениями, что, это, мол, просто прогрессивные французские ученые перевернули гравитационную ось. Но сейчас арестованную Анжелику везли в Париж, и Король-Солнце предвкушал сатисфакцию.

По дороге прекрасную Анжелику допрашивали, тестируя на толерантность к действующей власти. Один из тестов случайно оказался на беременность.

– Ойбля, - подумали конвоиры.
– Сейчас она попросит черешенки и скажет, что ей страшно.

– Мне страшно, - сказала прекрасная Анжелика, - не найдется ли у вас немного…

– Не сезон!
– пресекли конвоиры.

– Тогда остановите карету, - сказала наша героиня, - сейчас здесь будет немножко очень грязно.

Конвоиры были всего три месяца, как из химчистки, поэтому страшно перепугались и затормозили чересчур резко. Карета перевернулась, прекрасная Анжелика стукнулась головой и немедленно быть беременной перестала.

Я, признаюсь, поначалу не очень поняла, почему беременность оказалась у нее в голове, но потом подумала, что ну мало ли в какое место воздавал хвалу Анжеликиной красоте затейник Колен Патюрель?

Конвоиры решили, что раз такое дело, то Анжелика теперь непременно умрет, и они, пожалуй, не станут везти прекрасную пленницу в Бастилию, где и без того паршивая статистика. Поэтому они забросили Анжелику в ее же собственное поместье, перекрестились, повздыхали и поспешили в «Мулен Руж», чтобы прикоснуться к вечному.

Через некоторое время стало ясно, что помирать прекрасная Анжелика не собирается, поэтому король прислал к ней в провинцию Пуату полк своих лучших солдат и е-мэйл.

В письме говорилось о том, что их величество желают, дабы строптивица прошла вся в черном по коридору на глазах у всего двора, приблизилась к монарху вплотную, опустилась на колени и широко открыла рот, чтобы произнести клятву вассала. «А не то», - писал король, - «я заберу у Шарля-Анри все фамильные владения, а Флоримона велю оставить в колледже на второй год».

– Какая низость!
– подумала Анжелика и ответила, что ей нужно немного подумать, всего шесть месяцев до первого сентября.

– Говновопрос, - ответил Людовик, который, в сущности, был очень покладистый король Франции.

А Анжелика начала судорожно теребить свои нежные розовые соски, соображая, чем бы таким полезным занять монарха, чтобы он перестал думать о глупостях.

– Люди мира, на минутку встаньте, - окликнула она своих слуг.

– Хайль Анжелика, - отозвались слуги и на минутку встали.