Шрифт:
В темнице, куда попала Анжелика перед торгами, ее соседками оказались две рабыни с опытом - из Украины и из Армении.
– Не вздумай брыкаться, - предупредили они, - а то тебя поцарапают кошкой.
– Чем?
– не поняла наша героиня.
– Ну, тут есть такие специально обученные кошки. Они расцарапывают твои нежные розовые соски и высасывают мозг, как Ктулху.
– Куда смотрит Интерпол?
– возмутилась прекрасная Анжелика и, не брыкаясь, отправилась на прилавок.
– Анжелика!
– заорал распорядитель, сбрасывая с нашей героини покрывало за покрывалом, - прекрасная свежая Анжелика с нежными розовыми сосками! Танец, орал, игрушки, классика…
В зале зашумели.
– И анал еще, - поколебавшись, добавил распорядитель.
– Ты охуел?
– поинтересовалась Анжелика.
Но тут кто-то предложил за нее сумму, равную двум боевым галерам, и распорядитель умер от счастья.
Этим кто-то оказался знаменитый средиземноморский пират Рескатор в плаще и в маске. Он покормил Анжелику едой и подарил бусики. Она прониклась, достала было свои нежные розовые соски, но потом передумала, сожгла кыбеням кандийский порт и сбежала.
По дороге ее снова похитили и отвезли в гарем марокканского султана Мулея Исмаила.
– Душа моя, - сказал Анжелике верховный евнух Осман Фераджи, - ты должна влюбить в себя султана, и тогда мы вместе спасем нашу Галактику.
– Не могу, - вздохнула прекрасная Анжелика, - я холодна, как ядро мелкого астероида, и у нас ничего не выйдет.
– Ты не любишь, когда тебя пронзает горячее копье могучего воина?
– отчаянно воскликнул евнух.
– Понимаешь, - доверительно сказала прекрасная Анжелика, - у женщин нет фазы рефрактерности, им не знакомо ощущение полной физиологической разрядки, а женское удовлетворение от полового акта лежит целиком в области психологии.
– Хуйня какая-то, - заявил верховный евнух и подсунул Анжелике молодого горячего симпатичного араба.
Тут уж наша героиня, разумеется, не устояла, а кто бы на ее месте - да?
Молодого горячего симпатичного араба немедленно казнили головой в костре, а находящейся в фазе рефрактерности Анжелике не было отныне никакого доверия.
В гареме Осман Фераджи сообщил Анжелике, что если та не перестанет караулить султана с кинжалом в руке, то ее будут пытать страшными пытками, и наглядно продемонстрировал - какими.
А там всех действительно пытали страшными пытками. Очень страшными, мне даже кошмары снились. Правда, потом я подставила на место мучеников содержимое своего бан-листа, и поняла, что нету у берберийцев нифига фантазии.
Но, в целом, обстановка в гареме к неге не располагала, поэтому неукротимая Анжелика сговорилась с предводителем рабов Коленом Патюрелем и сбежала в еврейский квартал прятаться.
Потом их кто-то выдал, они сбежали и оттуда, а еврейские погромы продолжаются до сих пор.
Долгие недели Анжелика и Колен Патюрель пробирались через пустыню к морю. Они страшно страдали без воды и еды, а Анжелику потом еще и змея укусила. Прекрасная Анжелика очень расстроилась, перетянула ногу пояском чуть выше укуса и пошла к спутнику жаловаться.
– Это всего лишь египетская кобра, - молвил Колен Патюрель, - ну та, которая укусила Клеопатру, помнишь? Так что не волнуйся, дорогая, нам идти-то осталось месяца полтора всего.
Потом он раскалил на огне нож и отрезал Анжелике полноги. А она (Анжелика, не нога) его (Колена, не нож) немедленно полюбила. (примечание: если вас укусит египетская кобра, никогда не делайте так, как наши герои, - нужно без всяких жгутов обеспечить месту укуса максимальную неподвижность, прихватить с собой змею для опознания и быстренько дуть в ближайший госпиталь).
Итак, Анжелика Колена немедленно полюбила. А потом она полюбила его еще раз. И еще раз. Потом они пару километров прошли и снова. Пока на двести шестьдесят восьмой странице они, наконец, не докатились до побережья и осадного испанского гарнизона.
– Любимый, - закричала прекрасная Анжелика, - мы свободны!
– Никакой я тебе не любимый, - проворчал предводитель рабов.
– Ты знатная дама, а я - моряк из Нормандии. Фу, какой мезальянс.
И ушел, не попрощавшись.
Анжелика немного поплакала, спрятала свои нежные розовые соски и пошла к консулу.
– Здрасьте, - заявила она с порога, - я - главное потаенное желание нашего короля, дай Бог ему крепкого здоровья и мертвых англичан, так что немедленно доставьте меня в Версаль.