В камере с табличкой «3» облокотившись о стену сидела женщина, волосы которой горели алым цветом, а высохшая кожа отливала красным.

– Это феникс, будь осторожна. – Бормотал Аластар, открывая дверь. Я лишь успела отпрыгнуть, когда из прохода полыхнуло пламя прямо в лицо хранителю, но даже не коснулось его тела. И как он проделывает все эти фокусы?!

А потом, извержение огня прекратилось, феникс замерла, а ручонки Аластара опять копались в чужих мыслях.

– Неужели нельзя было раньше нас отыскать?! – Вспылила еле двигающаяся женщина.
– Сколько столетий прошло?! Хранители, как же! Да на что вы вообще способны, если не можете выполнять свои прямые обязанности?!

– Могла бы и спасибо сказать, что не оставили гнить в этом подвале, неблагодарная дура! – Не выдержав, крикнула в ответ.

Женщина замолчала и, выпучив глаза, осматривала меня с головы до ног.

– Кто ты? – Тихо и очень медленно выдавливала красноволосая мигера, продолжая сверлить во мне дыру, пока Аластар молча стоял и, улыбаясь, наблюдал за нами. – Похожа на хранителя…но…

– Долго еще? Милочка, я тебе скажу, кто такая - та, кто сможет возвратить тебе красоту и силу, если оставишь собственную наглость и прекратишь вести себя, как ребенок. Будешь орать – вернешься домой развалившейся высохшей старухой, которой сейчас являешься, поняла?

Женщина замерла и опустила глаза на собственные руки и поджатые ноги, которые превратились в кости, обтянутые кожей и лохмотьями. Знакомые слезы катились по широким скулам.

– Прости. – Еле выдавила женщина. – Прости.

– Ну вот, теперь лучше, а то набросилась на людей. Давай сюда свои костяшки. – Бормотала фениксу, сжимая высохшие пальцы и вплетая нити энергии в ее ауру, пока та продолжала реветь. – Все, перестань ныть! Теперь как новенькая, видишь? Да хватит плакать! Посмотри!

Она вновь опустила взгляд и на этот раз улыбка медленно коснулась ее лица.

– Ты – красавица. – Улыбнулась, разглядывая девушку с красными глазами, волосами и того же отлива кожей.

– А у тебя глаза страшные. – Смеясь и трогая собственное красивое лицо, протянула феникс.

– Ну не бессовестная! – Возмущалась, пыхтя, пока Аластар помогал девушке подняться.

– Я – феникс, мое имя – Ирис. – Произнесла девушка, и, поклонившись, добавила. – Благодарю вас за спасение.

– Пожалуйста. – Опешив от неожиданной любезности, бормотала девушке.

– Аластар, она ведь та самая, да? – Подмигнула феникс хранителю, на что тот кивнул, и добавил:

– Единственная.

Как же хорошо, что я не могу краснеть, думала, улыбаясь во весь рот от радости.

– Ну что ж, единственная, тогда, надеюсь, ты знаешь о поговорке: «Мы ответственны за тех, кого спасли»? – Подбоченившись, и скрестив руки на груди, воинственно начала феникс.

– О, конечно знаю, вот только вместо слова «спасли» в ней иметься отличное слово «приручили», тебе не кажется?

– Эй, я тебе не собачонка! – Уперла руки в бока девушка и с достоинством королевы произнесла. – Я – бессмертная феникс.

– Милый, не подскажешь, мне сейчас ей в ноги следует кланяться или просто, руки целовать? – Возмутившись, язвила, от подобного поведения, хотя, в глубине души, отчетливо сознавала – эта нахалка мне нравится.

– Может, хватит уже издеваться! – Взвизгнула девушка, королевским жестом смахнув упавшие на плечо пряди волос. – Мне жить негде.

Не сдержавшись и хохотнув, все-таки выдавила:

– Так сразу надо было говорить. Корчишь из себя королеву, ерундой занимаешься! Ладно, найду тебе комнату. – И, обернувшись, направилась к следующей камере, краем взгляда наблюдая, как довольная улыбка расползается на красивом лице девушки.

– А как тебя зовут?

– Майя.

– Майя? Как просто. – Вздохнула девушка, разочарованно, чем опять начинала раздражать. Видимо, к этому следует привыкнуть.

В камере «4» лежала женщина, вся покрыта слизью, которая дивным образом не высохла, при таких-то условиях содержания заключенных. Даже сквозь нее было заметно, женщина обладала зеленоватой кожей, и зелеными волосами, которые торчали длинными косичками, напоминающими дреды.

– Фу, что за вязкая мерзость?! – Брезгливо поморщилась Ирис, выразив, однако, все мои чувства.

– Сирена. – Ответил Аластар, открывая дверь.

В мутных глазах сирены все еще теплились остатки здравого рассудка, и лишь коснувшись ее, хранитель возвратил замершему телу жизнь. Ей не нужна была моя помощь, лишь немного воды, которая растеклась по коридору темницы.

– Герро будет счастлив видеть тебя. – Шепнул хранитель, подхватив девушку на руки.

Она улыбнулась и кивнула, помахав мне рукой и показывая пальцами, что остается у нас в долгу.