ЦРУ прибыли вскоре после инцидента и убрали дом, оставив только два трупа и Феликса. История, которой сказали нам следовать то, что двое вооруженных мужчин ворвались в дом, а Феликс и Бен пытались бороться с ними, так что один из них выстрелил в Феликса, Бен убил их в целях самообороны.

Я не могла смотреть на моего отца. Всякий раз, когда я думала о нем, я чувствовала гнев. Я чувствовала, как будто все это было его ошибкой. Почему у него есть работа, которая забирает человеческие жизни? Я никогда не думала, что чувствую себя так привидения. Я искренне верила, что не будет таких людей, как Андрей, которые будут пытаться нас убить.

– Эбби, - Гидеон прошептал мое имя несколько часов спустя, и я кивнула, чтобы дать ему понять, что я услышала его.
– Солнце уже встало, и твои родители придут проверять тебя в ближайшее время, - сказал он.
– И не волнуйся. Твои родители не заметят, что ты исцелена. Когда они посмотрят на тебя, то увидят раны, но на тебе их не будет.

Я решила, что не буду волноваться. Я подняла голову и посмотрела в окно. Снаружи я видела дневной свет.

– Ты должен идти?
– спросила я, сидя на моей кровати.

– Да, - ответил он, встав с кровати.
– Но я вернусь.

Это сделало меня немного счастливее.

– Твои родители идут, - сказал он, а затем пошел к моему балкону.

– Подожди, - я бросилась к нему и обвила шею, крупко обнимая его.
– Спасибо, что остался, - прошептала я ему на ухо.

– Я вернусь, - прошептал Гидеон в ответ и отпустил меня.

Я повернулась к двери, услышав голоса моих родителей, а когда я вернулась на балкон, Гидеон уже ушел.

– Эбигейл!
– закричала моя мама, когда вошла.
– Почему ты не в постели? Тебе нужно лечь.

Моя мать бросилась ко мне и осторожно взяла мои руки, я поняла, что мое тело все еще покрыто бинтами.

Я не чувствовала боли. Я знала, что моих ран не было, а бинты были просто иллюзией.

Я подыграла и позволила моей маме помочь мне вернуться в постель. Мой отец стоял в другом конце комнаты, глядя на меня. Моя мать перевела взгляд с меня на него.

– Я вернусь и помогу тебе собраться, - сказала она и встала.

– Собраться?
– спросила я.

У моей матери были слезы на глазах, когда она ответила.

– ЦРУ требуют безопасность в Санта-Роза, и они думают, что будет безопаснее для нас переехать туда на пару дней, чтобы они могли понаблюдать за этим местом.

– Уехать?
– спросила я.
– А как же Феликс?

– Полиция проведет некоторые исследования, и они не отдадут его тело семье еще пару дней, - ответил отец.
– Нам нужно уйти в безопасное место.

– Но…

– Дорогая, все будет хорошо. Мы будем в безопасности. Мы выйдем во второй половине дня, и как только ЦРУ скажет, что мы можем вернуться, мы вернемся, - сказала мама. Голос у нее был испуганный, и при звуке ее голоса, я знала, что было что-то большее, о чем они не говорили мне.

– Что-то большее, не так ли?

Мои родители не ответили, но их молчание было достаточным ответом.

– Я принесу тебе поесть.

Моя мать вышла из комнаты.

Я отвела взгляд от моего отца. У меня было много вопросов к нему. У меня также было много ответов для него.

– Когда я был маленьким мальчиком, я ненавидел отца за то, что его не было рядом со мной и моей матерью. Он был постоянно в разъездах по работе, - сказал мой отец, и я тупо посмотрела на него.
– Я поклялся себе, что никогда не приближусь к любой работе, связанной с правоохранительными органами, - он рассмеялся.
– А теперь посмотри на меня. Я оказался таким, как он.

– Я думаю, что понимаю этого маленького мальчика, - прошептала я, и он подошел ко мне.
– Я уверена, что все, что он хотел, это своего отца.

– Эбигейл, мне очень жаль, - мой отец нежно взял меня за руку, и я увидела слезы в его глазах.
– Я никогда не хотел, чтобы ты прошла через это.

Я отдернула мою руку и сказала:

– Мама плачет по ночам. Иногда она никогда не снимает свои темные очки, потому что за ними она прячет свои красные глаза, - я чувствовала слезы на моих щеках.
– Иногда она работает без остановки. Она пытается забыть о своей боли и заботах.

– Дорогая, я никогда не имел в виду…

Я прервала его.

– Но ты сделал это, папа! Ты сделал это!
– закричала я.
– Я хотела отца и маму, она хотела мужа. Тем вечером, когда я узнала, что ты жив, я была так счастлива. Я представила себе все, что мы могли бы сделать вместе, - я сморщилась на мысль о маленькой девочке, которая была так счастлива иметь папу.
– Я представляла нас, играющих в прятки. В моем воображении, ты купил мне щенка. Мы пошли на пляж. Ты был на всех встречах PTA, и ты никогда не пропускал мой день рождения, - вдруг мой счастливые мысли исчезли.
– Но я никогда не получала эти мечты, а вместо этого ты вручил мне пистолет и бремя. Твое бремя.