Ох. Это было…странно.

– Эбби, как…

Я остановился, потому что я не мог заставить себя спросить, как она себя чувствует. Я коснулся ее щеки снова. Ее кожа была теплой, и на секунду, я подумал о том, что не хочу убирать свою руку.

– Я сожалею, что оттолкнула тебя, - сказала она.

Я не понимаю, почему она извинялась за то, что сердилась на меня за мою грубость, потому что я был уверен, что именно я должен был быть тем, кто извинится.

– Я собираюсь сделать так, чтобы ты чувствовала себя лучше, - сказал я, похлопывая ее по руке.
– Не волнуйся, ладно?

– Не надо, - запротестовала она, когда слезы ещё сильнее покатились по ее щекам.
– Я убила и причинила боль этим людям. Я заслуживаю каждую частичку этой боли.

– Это действительно ужасно говорить, Эбигейл. Эти люди пытались убить тебя.

– Не все ли равно? Они мертвы, а я нет, - ее слезы скатывались вниз, как дождь.
– Феликс ушел, и…

Я мог бы спасти Феликса, но я был так сосредоточен на том, чтобы ничего не произошло с Эбигейл и ее матерью, что забыл, что там были еще два человека, о которых она заботилась.

Тристан, исцели ее.

Почему ты не можешь сделать этого? Неожиданно спросил Тристан.

В случае, если ты не заметил, я никогда никого не исцелял. И я не хочу попробовать это сейчас на ней, и…

Ты боишься причинить ей боль? Удивленно спросил Тристан.

Просто сделай это уже.

– Ты не заслужила эту боль, Эбигейл, - сказал я ей. На прикосновение руки Тристана, ее тело начало светиться.
– С тобой все будет в порядке, - сказал я, наблюдая, как раны на ее теле начали исчезать, не оставляя после себя ничего.

– Я чувствую себя странно, - сказала Эбигейл, глядя на части ее тела, которые были в синяках и кровоподтеках секунду назад. Она медленно села на кровать.
– Все ушло.

– Не волнуйся, - сказал я, беря ее за руку.
– Успокойся.

– Я не…я в порядке.

Ее трясло. Она не была в порядке.

– Все будет в порядке, - это заставило ее посмотреть на меня.
– Улыбнись, - Я положил руки на ее щеки. Они были мягкими.
– Мир выглядит намного более красивым, когда ты в нем, - О чем я говорю?
– Я имел в виду… это…ничего.

А потом это случилось снова. Я засмеялся, и Эбигейл улыбнулась.

Это действительно замечательный звук. Ты должен смеяться чаще. Еще раз, Тристан высказал свои мысли в моей голове.

Я очень, очень надеюсь, что все это дело закончится в ближайшее время, потому что я не могу дышать от твоего сердца.

Тогда хорошо, что ангелы не должны дышать, не так ли? Я не пропустил дразнящий звук в его мыслях.

– Гидеон, - шепотом позвала Эбигейл.
– Ты можешь остаться?
– спросила она.

– Я… - я хотел сказать, да, но остановился, когда вспомнил обвинение Валоел.
– Я… - я мог остаться. Это не означает, что я был в нее влюблен.
– Мне сейчас некуда идти, - прошептал я.

Я помог ей откинуться на ее кровати. Она подвинулась, и я знал, что она хотела, чтобы я лежал с ней рядом. Она хотела кого-то, чтобы успокоить ее, и я не был уверен, что знал, как это сделать, но я могу попробовать.

Я накрыл ее одеялом и лег рядом с ней, не задумываясь об этом. Я заключил ее в мои объятия.

Слова Валоел эхом раздавались в моей голове снова. Я не был в нее влюблен. Я хотел убить ее, не так ли?

Через некоторое время Эбигейл прошептала:

– Я все еще немного боюсь тебя.

Я улыбнулся.

– Хорошо, - сказал я и притянул ее ближе ко мне.

Эбигейл не сказала ни слова, пока мы лежали. Потребовалось время, прежде чем ее дыхание замедлилось, и она, наконец, заснула.

Вау, Гидеон. Ещё один такой жест и я подумаю, что ты становишься мягким.

Как ты можешь шутить сейчас? Ты знаешь, делясь моими эмоциями, что я чувствую себя счастливым, когда причиняю кому-то боль, не так ли? Потому что я становлюсь очень счастливым, когда кму-то больно. Я чувствововал себя счастливым, когда только думал об этом.

Будь осторожным, Гидеон, ты начинаешь говорить так, как будто тебя это заботит.

Он казался самодовольным. Я не понимаю, почему он использовал сарказм, чтобы пройти через его эмоции. Я чувствую твой страх и растерянность, но ты говоришь так, как будто все прекрасно.

Мне хорошо быть счастливым. И прямо сейчас, я не думаю, что это нормально быть взволнованным, когда я уверен, что есть совершенно хорошая причина всего этого. Он звучал так уверенно в себе.

Хорошо, Отвечающий Парень, я надеюсь, что ты получишь эту “причину” очень скоро, потому что ты начинаешь меня раздражать, и тебе не понравится, если я выйду из себя.