Я надеюсь, что это вспугнет его, и он прекратит свои игры!

– Я знаю, что это сделал ты, Максим и тебе же будет лучше, если ты во всем признаешься и скажешь, где Стас.

На лице Максима отразилось недоумение, а глаза выражали искреннюю растерянность.

– О чем ты, Роза?

Я сильнее приставила дуло к его сердцу и злобным голосом прошипела:

– Не смей притворяться дураком. Я не верю тебе. Точно знаю, что это ты спрятал моего брата и, что это ты написал ту записку. Говори, или я разнесу в клочья тот кусок льда, который прячется в твоей груди.

– Что ты творишь? Ты сама понимаешь, в чем меня обвиняешь? – он протянул руку к моей щеке, пытаясь дотронуться, но я мигом отшатнулась и влепила ему увесистую пощечину. Мужчина, не готовый признать свою вину – не Мужчина.

Я готова была бороться, драться, или, в крайнем случае, бежать, но, к моему великому удивлению, Максим лишь провел рукой по уже раскрасневшейся щеке, и тихо спросил:

– Что случилось со Стасом?

Я уже готова была влепить еще одну... готова была кинуться на него с кулаками, но хриплый женский голос ворвался в мое затуманенное подсознание и заставил резко обернуться.

На пороге одной из двух дверей, «незнаюкудаведущих», стояла, среднего возраста, блондинка и с укором глядела на сцену, развернувшуюся перед ней.

В ее голубых, как летнее небо, глазах можно было увидеть страх и беспокойство, а голос, хоть она и пыталась это скрыть, дрожал.

– Что здесь происходит? Кто вы такая?

Не знаю, как и откуда, но ко мне сразу пришло понимание того, кто стоит передо мной и кем является эта женщина для Максима!

Да, я могла посчитать ее любовницей, уличной шлюхой или продажной девкой... в глубине души я хотела, чтобы это было так, но...

Но ее осанка, манера говорить, то, как она смотрела и то, как ее голова была величественно приподнята, говорили совсем о другом.

Можно было с уверенностью заявить, что эта женщина является прирожденной леди и, что она не привыкла к отказам.

Я сразу поняла, что это жена Максима Чернышевского.

Может причиной послужило и то, что я мельком видела ее через окно?

Но, ведь я видела тогда только белокурые волосы и нежную руку, с бледной кожей...

Осознание того, что передо мной стоит Наталья Чернышевская, словно ножом резануло по сердцу и заставило сморщиться от боли в нем!

– Я спрашиваю, что здесь происходит Максим?

ЕЕ голос продолжал давить на меня, порождая новую муку. Я не могла больше вынести этого!

Конечно, переживать страдания вдалеке от любимого мужчины тяжело. Тяжело и представлять женщину, с которой он тебе изменяет...

Но, поверьте мне, в тысячи раз тяжелее то, когда ты видишь причину твоей боли в реальности.

Тяжелее, когда твой кошмар стоит прямо перед тобой, в шелковом халате, домашних тапочках, да еще, с распущенными волосами.

Я перевела взгляд на Максима, который, ничего не говоря, пронизывающе смотрел на меня своими бездонными глазами!

Смотрел, будто хотел что-то увидеть на моем лице... что-то необъяснимое и только ему одному понятное...

На мои глаза навернулись слезы отчаяния, а сердце сжалось так сильно, что было трудно дышать...

Я медленными шагами попятилась о них, не обращая внимания на вопросы недоумевающей женщины, и не отрывающийся от моего лица, взгляд Максима.

Дойдя до двери, я резко открыла ее, боясь, что меня остановят, и выскочила из этого номера, из этого отеля и из этого кошмара....

Все повторялось заново...

Я убегала от Максима и от его жены... бежала со всей возможной, для меня, скоростью, отталкивая прохожих, попадающихся на пути... бежала, не зная куда... бежала, пока не начала задыхаться, а голова не пошла кругом... пока грудь не сжалась, словно тисками...

Последнее, что я видела, прежде чем впасть в небытие, были встревоженные лица прохожих, бросающихся со всех сторон ко мне...

Глава 10

«Где я?»

Это была первая мысль, промелькнувшая в моей голове, после пробуждения в неизвестном месте...

Хотя, догадаться не трудно... Белый потолок, стены с белыми обоями, тумбочка, рядом с кроватью тоже «противно» белого цвета.

Приподняв голову, я смогла различить еще две кровати, стоящие по бокам от моей. На одной из них, разместилась, незнакомая мне, молодая девушка, внимание которой было полностью поглощено телефоном на руках.