Шрифт:
Максим постоял еще немного, пристально вглядываясь в мое лицо, пытаясь найти там что-то, и только затем двинулся к двери.
Мне показалось, что он больше ничего не скажет... уйдет не обернувшись...
Но, Максим обернулся.
Он заговорил.
И голос его был пропитан таким холодом... такой отстраненностью от всего земного, что меня пробрала дрожь.
Его слова впились в мое сердце и душу. Заставили усомниться, но не поверить. Дрожать, но не пожалеть...
– Иногда все не так, каким кажется на первый взгляд, Роза. Иногда следует рассмотреть все еще раз, прежде чем действовать. Следует выслушать, прежде чем обвинять. Когда-нибудь ты все поймешь, но будет слишком поздно...
***
– Мы так скучали, дорогая. Так тосковали по тебе.
Мама еще раз прижала меня к себе, а брат залился радостным смехом. Его, так похожие на мои, глаза зажглись искренним светом чистой детской любви и согрели мое сердце.
Я притянула этого безобразника-блондина к нам и крепко накрепко обняла.
– Я купила тебе много миндальных конфет, Стас - прошептало я ему на ушко, когда он начал вырываться, из наших с мамой, объятий.
Стас, услышав это, расслабился и дал мне возможность насладиться его близостью.
Что поделать, брат считает себя уже взрослым и не терпит никаких сантиментов.
Как-никак он уже в третьем классе!
Приходится заманивать шантажом.
Ах, как хорошо вернуться домой, к родным!
Они согревают твою душу, сердце. Успокаивают и дают возможность расслабиться.
Среди них можешь быть сама собой, можешь раствориться в их любви. Понять, что ты не одинока в этом коварном мире и тебе есть место, куда можно спрятаться, и есть те, кто любят тебя, ничего не требуя взамен.
Как же я скучала!
Зная, что мама сейчас начнет расспрашивать меня обо всем, что происходило в Питере и как там Максим, я нерешительно отстранилась от них и, посмотрев маме в глаза, прошептала:
– Я немного устала.
Мама всплеснула руками и, оторвав брата, уже рывшегося в моей сумке в поисках угощения, воскликнула:
– Ох, дорогая. Ты уже полчаса, как стоишь на пороге. Прости меня, дуру, эдакую! Ты устала после перелета, а мы не отпускаем тебя, - не слушая моих заверений, она взяла мои сумки и направилась в сторону моей комнаты, при этом, не переставая причитать, - ты отдохни несколько часов, поспи хорошенько, а я приготовлю нам что-то вкусненькое. Ты же не предупредила, что приедешь именно сегодня, вот я и не успела..
Зайдя в комнату, я перестала слушать маму, которая всегда становилась немного болтливой, когда ее переполняла радость.
Я и вправду очень устала. Ноги не слушались меня, а глаза закрывались сами собой.
Вот и результат бессонных ночей после отъезда Максима.
Проболтав еще минут десять, мама оставила меня одну, а я сразу же об этом пожалела. Ее болтовня немного отвлекала меня от собственных мыслей.
Подойдя, к, стоявшему сбоку от односпальной кровати, туалетному столику, я отодвинула верхний ящик, кинула туда снятые украшения (не было у меня желания аккуратно сложить их в коробку для драгоценностей), и уже хотела закрыть ее, когда взгляд наткнулся на синий, украшенный стразами, альбом, лежащий сверху прочих книг.
Дрожащей рукой я потянулась к нему руку и вытащила на свет. Несколько долгих минут я, не отрываясь, глядела на него, а затем, подойдя к кровати, присела на самый краешек.
Тяжело вздохнув, я открыла его, и сразу же моим глазам предстало смеющееся лицо беззаботной девушки, которая, задыхаясь от любви, прижимала к себе огромного мишку и букет красных роз, подаренные любимым человеком.
Этот мишка и сейчас стоит в нашей гостиной, а розы давно завяли и их выкинули. Нет! Одна до сих пор прячется среди страниц любимой книги.
Следующая страница таила в себе воспоминания о дне, когда мы с Максимом развлекались на аттракционах. Тогда я еле-еле уговорила его свозить меня туда, вместе с братом.
На фотографии, Стас сидит на плечах у Максима и весело улыбается в камеру, а парень глядит на него снизу вверх и смеется какой-то (не могу вспомнить) шутке.
А вот эта моя самая любимая среди всех!
Я не смогла удержаться от улыбки, когда вспомнила, как Максим попросил прохожего снять нас вместе, рядом с мавзолеем Ленина на Красной площади.