Потерев руки, я уже в сотый раз пожалел о том, что, выбегая из дому, не накинул что-нибудь теплое. Эта моя опрометчивость может погубить не только меня, но и возлюбленную. Прикрыв глаза и сжав, от собственного бессилия, руки в кулаки, я начал молиться. Молиться Богу, которого до этого не признавал.

Да и что говорить? До встречи с НЕЙ я не признавал никого и ничего. До того, как Роза вошла в мою жизнь, я находился в каком-то вакууме, скрывая все свои чувства от окружающих меня людей. Я возвел вокруг себя стену, которая стала моей защитой после жестокого предательства семьи и друзей. И только она смогла разрушить ее, отодвинуть, но...

Но я не показал этого ей. Я не впустил ее в мою жизнь, боясь снова ошибиться. Боясь довериться до конца.

Выпутавшись из сжимавшего меня кокона, я не захотел раскрыть крылья и взлететь, как трус, спрятавшись за маской холодности и безразличия.

За два года я не произнес три заветных слова, которых она так жаждала услышать. Я решил притвориться, что не замечаю огонек ожидания, появлявшийся в ее глазах после собственного признания. Я просто эгоистично пользовался ее любовью, а она терпела. Но не потому, что у нее не было гордости и смелости, а из-за того, что ее сердце не хотело сдаваться и признать безнадежность всей любви.

А я, зная, что она не сможет бросить меня - пряча свои догадки внутри, радовался и душил ее своей невозмутимостью и равнодушием, хотя в те моменты мое сердце и отбивало безумный ритм. Я не отпускал ее на волю, не позволял раскрыться нашей любви полностью, сделав ее счастливой, и, как бы мне не было противно это признать, я уже не смогу этого сделать...

Я уже никогда не смогу отпустить ее от себя.

Чего бы мне этого не стоило я удержу ее рядом.

Приняв безумное решение и оторвавшись от спасительной опоры, я, не обращая внимания на холод и тьму, твердым шагом двинулся на поиски...

POV Розабеллы

Очнулась я от сковавшего меня безумия лишь тогда, когда чьи-то теплые руки быстрым движением обхватили меня за плечи и под колени, и, подняв на руки, понесли прочь.

На какую-то долю секунды меня охватила надежда, что это Макс. Что это он нашел меня и решил разуверить во всем, сказав, что все это только обман, что он любит меня одну и никого больше.

Но надежда потухла так же быстро, как и появилась. Руки, державшие меня, были чужими, да и глаза не могли обмануть меня.

Все было правдой. Нет!!! Все было ложью...

Ложью, которая разрушила все мои принципы и устои жизни. Все мои понятия любви и счастья.

Застонав от отчаяния, мигом сковавшим мое сердце, я поморщилась от боли в горле и сглотнула комок, застрявший в горле.

– Все будет в порядке милая, ты только потерпи.

Услышав слова, произнесенные тихим шепотом около моей щеки, я подняла голову, которую до этого прижимала к, излучавшему блаженное тепло, телу, и встретилась взглядом с глазами цвета стали, в которых плескалась тревога и участие.

– Андрей?

Мой голос был хриплым от слез и едва слышным.

– Да это я, родная, - кивнул Андрей из-за чего с его, уже промокших светлых волос, сорвались капли холодной воды и обожгли мои щеки. Он крепче прижал меня к себе, пытаясь согреть своим телом, и продолжил, - Сейчас мы с тобой сядем в машину, и я отвезу тебя подальше от этого места и от этого человека. Ты ведь не против?

Мне оставалось лишь кивнуть, ибо слова не шли.

Андрей предлагал мне спасение, за что я была очень признательна ему. А о том, что именно он отправил меня сюда и обрек на эти страдания, я подумаю потом.

Потом, когда хоть немного приду в себя и очнусь от этой жестокой реальности.

Сейчас же я хочу лишь одного: Забиться в какой-нибудь темный уголочек и, сжавшись в комок, закрыться от этого мира.

***

Знаете, что происходит с людьми тогда, когда они узнают о том, что их предали, им изменили?

Нет?

Я тоже не знала, что это такое, пока на себе не испытала эти чувства в полной мере.

Ты живешь с уверенностью, что ваша любовь вечна и нерушима, что верность твоего любимого - это единственное, абсолютное, неизменное и незыблемое в этом мире, во всей Вселенной. Живешь с закрытыми глазами и не видишь знаки, предупреждающие тебя об обмане и предательстве.

Но вот, ты узнаешь обо всем - и в один миг, обезумевшее сердце, обрывая все сосуды, извергая алую кровь, вот-вот выпрыгнет из груди. Виски, наполняясь горячей взбешенной кровью, стучат в такт сердцу. Время останавливается, ты лежишь на дне черной пропасти в абсолютной темноте, мраке и смотришь в звериные глаза своей боли, а она смотрит на тебя. Боль пьет твою душу, обволакивает каждую клетку твоего сознания, не остается ни одного места, в котором бы она не танцевала свой дикий танец.