Шрифт:
Как он мог помнить, если слышал это имя впервые?
“Учится с нами? Не может быть…”
Такая мучительно рылся в памяти.
Это лицо. Это имя. Был ли кто-то такой в его классе? Ученик, по имени Чиаки Сюхэй… Одноклассник с таким лицом…
– Плохо дело… Оги-кун, ты серьезно? Ты не шутишь? Ты действительно не знаешь?
– Тише ты, не вопи!
Побледневшая Саори стояла рядом, а он вспоминал, вспоминал изо всех сил - но безуспешно.
Он не помнил.
Не знал.
“Да как же это…!”
– Оги-кун, ты себя нормально чувствуешь? Может, тебе все-таки в больницу надо?
– Проклятье, не ударялся я головой, не ударялся!
– огрызнулся Такая, находясь, тем не менее, в полном смятении.
Он мог бы об заклад побиться, что раньше Чиаки не видел. И не помнил, что бы тот учился с ними в одном классе. Нет, он не ошибался. Этого парня не было ни вчера, ни позавчера… вообще никогда.
– Саори, хватит мне голову морочить. Этот парень точно не в нашем классе.
– Да что ты говоришь!
– Саори заломила руки.
– Этого только ты не помнишь! Чиаки-кун! Ну же, вспомни! Чиаки-кун!
– Я же сказал, я такого не знаю! Кто он, черт его побери! Что творится!
– Невероятно! Не может быть, не может быть! Что мне делать? У тебя амнезия! Ужас! Плохо-то как! Оги-кууун!
А потом…
Ожило радио, и здание наполнил мужской голос:
– Оги Такая, год второй, класс третий. Оги Такая, пожалуйста, срочно пройдите в кабинет директора. Оги Такая, год второй, класс третий, пожалуйста, пройдите в кабинет директора.
Такая и Саори переглянулись.
Кувабара Мизуна
АЛЫЕ СПОЛОХИ (книга 2)
Перевод с англ.: Кана
Глава 2: Предчувствия
Когда он часом позже вышел из кабинета директора, его ждал только Нарита Юзуру.
– Такая…
– …
Он яростно хлопнул дверью и хорошенько ударил в стену:
– Эти ублюдки! Да пошли они все!
– Такая!
Похоже, его окончательно вывели из себя - ну да, это после целого часа чтения нотаций. Он и в лучшие времена никогда не принимал критики спокойно; теперь же в его глазах пылал дикий огонь. Такаю вызвали к директору по поводу езды в школу на мотоцикле.
Отчет об аварии пришел в школу из полиции, вот так и выяснилось, что Такая нарушил правила. Ему пришлось вынести атаку с трех сторон: директор, завуч и представитель школьного комитета. (Классный тоже присутствовал, но ограничился тем, что просто кивал, соглашаясь со словами остальных. )
На самом деле учителя не просто так ополчились против Такаи - нарушителя спокойствия, известного несговорчивостью и дерзостью, а иногда непослушанием и резким отношением к преподавателям.
И прежде между ними имелась взаимная ненависть.
Всего несколькими днями ранее нахальство Такаи дошло до того, что новый учитель не явился на работу. И теперь, на собрании, у учителя появился шанс вывалить все свои жалобы коллегам.
Это происшествие послужило прекрасным оправданием.
– А не пошло бы это стадо старых козлов…! Они мне все припомнили…я чуть выдержал ихнее бу-бу-бу! Они мне наговорили, мол “будем великодушны и простим вам этот инцидент”…представляешь? Подумаешь, ждут от меня благодарности и весьма собой довольны - да лучше б меня наказали!
– Такая, послушай…
– Эти подонки думают, что такие крутые.
Такая подошел к Юзуру, прислонился затылком к оконному стеклу, уставившись в потолок, и глубоко вздохнул:
– Я сказал им, что родители меня не больно-то хорошо растили и неважно воспитали, так что не нужно со мной обращаться, как с тупым младенцем. А они ответили, что я сам виноват, что таким стал, блин.
– В самом деле сказали?
– …Ну, - Такая с отвращением отбросил с глаз челку.
– Они в момент повелись и в самом деле высказали мне все. Сказали, что семейные обстоятельства вообще ничего не значат, а потом начали, типа “это из-за неполной семьи”…бла-бла-бла.
– …
– Да какое им к черту дело, сколько у меня родителей?
Юзуру обеспокоенно взглянул на него:
– Такая…
– …
Такая неотрывно смотрел в окно - угрюмый как никогда. Юзуру взял себя в руки и легко позвал:
– Эй, Такая.
– …?
Юзуру протянул Такае пакет со спортивной формой и кедами:
– У нас сейчас физкультура - будем играть в волейбол в зале. Если не поторопишься - не успеешь переодеться.
– … - Такая посмотрел на форму, потом на Юзуру. Взгляд Юзуру успокаивал.