Бор улыбнулся. Судя по тому, как заёрзался Шарль, северянин был близок к истине.

— Давайте так: я кое-что расскажу, а потом… потом вы сами всё поймёте, — предложил ди Дазирэ.

— Ну, давайте.

— Начнём с Белого Витязя, — предложил эльф. — Думаю, вы, господин Бор, поняли, что некие тайные местные силы пытаются играть на подмене понятий между Белым Всадником, якобы «спасителем» этой земли, и неким Белым Витязем, образ которого старательно подгоняют под…

— Белый Всадник, — перебил Бор. — Как я понял, местные жители говорят о нём уже пару сотен лет. Одну из легенд мне довелось услышать по дороге в Старую слободку.

— О Белом Всаднике говорят с момента падения Канийской Империи, — поправил Шарль северянина. — Это своего рода идеализированный образ «доброго правителя»… императора…

— Типа, раньше было хорошо, а сейчас, в Лиге, плохо. Так что ли?

— Пожалуй, — одобрительно закивал головой эльф.

— А кто он, этот Белый Витязь? Вам известно?

— Достоверно — нет. Но кем он… или они…. я не оговорился… Кем бы они ни были… эти местные силы… но ситуация такова, что даже в столице есть такая часть канийской элиты, решившая попробовать поставить на мифического Белого Витязя. Их устраивает тот порядок, которого достиг этот… инкогнито. Или эти.

— Ничего себе! Чей же Белый Витязь «ставленник»? Иверского?

— Причём тут Избор Иверский? — недовольно бросил Шарль. — И вообще, даже если бы я знал, то не назвал бы ни одного имени. Но повторюсь: это не Глава Защитников Лиги. И даже не Айденус! А то не дай Сарн ляпните кому-то, что так думают на Тенебре.

— Ого! Вот вы всполошились-то! Я лишь предположил… Ладно, значит, кто-то в Новограде опекает Белого Витязя. И что же: неужто про Орешек уже забыли? Я говорю про тот бунт, едва не приведший к междоусобице.

— Вы меня не услышали. Я говорю лишь о части столичных… э-э-э…

— Я понял: без имён. А что тогда тут «ловят» эльфы?

— Вы должны согласиться, что Темноводье в том виде, котором оно сейчас находится, сильно ослабляет Лигу. Внутренне многие в Уделе Валиров хотят перемен. Но боятся их осуществлять. Отсюда «растёт» и миф о Белом Всаднике. Мол, явится чудесный «спаситель» и всё в мгновение ока превратится в цветущий сад.

— Вы не ответили на мой вопрос, — перебил Бор эльфа.

— Я вас подвожу к ответу, — нахмурился Шарль.

Он сделал паузу, и по его мимике стало ясно, что он ждёт, что Бор сейчас скажет этот самый ответ сам.

— Кажется, понял, — сказал северянин. — Вы хотите предложить такого «спасителя» сами. И неподконтрольного вам Белого Витязя, а вполне…

— Ну, типа того.

— Вы выбрали такого человека? — сощурился Бор. И тут же демонстративно хлопнул себя по коленке: — Ну, конечно, это Иван Бобровский!

— Нет. Вот тут вы ошибаетесь. Пьер ди Ардер не считает, что этот человек сможет потянуть такую роль.

— Тогда кто?

— Когда-то, мы полагали… и активно помогали… В общем, в одно время выбор пал на Глеба Мудрова.

— Кого? — Бор попытался вспомнить, где слышал про этого человека. — Глеба Мудрова? А-а… я понял о ком вы говорите… А он тоже валирской крови?

— Что? — не сразу понял эльф. — А! Вполне может быть… Для этого надо было бы взглянуть на генеалогическое древо династии Валиров. Но оно, насколько я помню, хранилось в старой столице.

— Той, что поглотил Астрал?

— Да-да… Сейчас всякий дворянин мнит себя чуть ли не прямым наследником Валира Четвёртого! Конечно, в каком-то колене и Мудровы так или иначе связали себя родством с императорский фамилией. Но доказательств тому практически нет. Они и не нужны, достаточно слова, и люди поверят…

— Но ваш Глеб Мудров, кажется, умер?

— Верно. То странная… тёмная история…

— Я что-то про это слышал. Там причастны Крамольские… Ядвига… её сын… как там бишь его?

Шарль опять изобразил удивление: это ж надо, Бор уже и про это разузнать!

— Служила у старого князя одна девушка, — рассказывал Шарль. — Ядвига Крамольская… Говорят, красива была. Чёрные волосы, сверкающие темным блеском, сама белокожая… а глаза…

— Вас слушать, так начнёшь думать, будто вы в неё влюбились. Неужто такая красавица?

— Я её не видел, — как-то обижено ответил эльф.

— Эта Ядвига, как я понял, оженила на себе Мудрова-старшего. А потом что-то случилось и…

— А потом она стала совать свой нос во все дела.

— То есть указывала мужу с кем ему водиться? И вас, эльфов, отшили несолоно хлебавши.

— Вроде того, — неохотно согласился Шарль. — Мы…

— А не кажется ли вам, — резко перебил северянин, — что именно эльфы виноваты в том, что Темноводье лишилось лидера? Я говорю о тех запутанных событиях с последним князем из рода Валиров… Нихаз его дери! Забыл его имя… Когда Дом ди Дазире в лице принца Даккара навлёк проклятье… В каком это было году? Девятьсот девяностом?