Так что же такое правильное воление?

Правильное воление — постоянная ориентация на цель с одновременным осознанием в себе сил, достаточных для ее достижения, при полном безразличии к любым мыслям, уводящим нас в сторону. Это наилучшим образом предотвращает появление чувства собственной неполноценности любого рода.

Правильное воление можно сравнить с правильным выбором поезда, идущего в нужном тебе направлении, с которого не сходят до тех пор, пока он не прибудет на станцию, являющуюся целью поездки. Это значит нечто предпринять и трудиться, не покладая рук, до тех пор, пока не добьешься победы.

Правильное воление то же, что и разумное. Оно подразумевает гармоничное сочетание воли с силой сердца. Ибо одна воля без сердца порождает лишь произвол и бесчувственное насилие, а они причина помех и препятствий, возникающих как в самом человеке, так и в окружающем мире. На них и наталкивается наша воля.

Не следует путать силу воли с твердолобостью или упрямством, свойственным людям, предпочитающим «пробивать стену головой». Первое качество присуще и ослу, однако никто не считает его волевым существом. Второе хотя и может служить признаком крепкой воли, но чаще не имеет с ней ничего общего, а, как правило, лишь маскирует внутреннюю беспомощность и слабость.

Упрямец – раб того, с чем он вступает в единоборство, как бык – раб красной тряпки, доводящей его до бешенства. Сильная воля полна жизни: это упругая, подобная стали решимость неуклонного продвижения вперед, к новым высотам. Именно такой воле, а не упрямству, не страшны никакие препятствия.

Правильное воление означает сочетание ясного и глубокого понимания с благородством помыслов, образование брачного союза между волей и истиной. Воля сама по себе уже сила, однако сила слепая, а мудрость, хотя и видит далеко, все же бессильна. Но, объединившись, они способны на многое, и для них нет недостижимых целей.

Правильное воление означает, наконец, сознательное приобщение воли человеческого Я к космической воле божества. Где они слиты воедино, там нашей воле подвластна любая цель. Именно так и нужно понимать слова Хамерлинга [19] : «Истинная воля – это магия, всемогущество».

Здесь следует выступить в защиту воли, умаляемой некоторыми психологами, неверно толкующими метод Куэ [20] . Этот психотерапевт своими взглядами способствовал формированию двух противоположных лагерей, один из которых отстаивает всесилие воли, а другой считает ее беспомощной перед силой воображения. Оба мнения не затрагивают существа вопроса. Речь идет вовсе не о «столкновении между волей и силой воображения», а о конфликте между позитивными и негативными мыслями, иным словами, о последствиях недисциплинированного мышления. В действительности сила воображения и воля отнюдь не противоположности.

Куэ выдвинул следующий тезис: «В столкновении между волей и силой воображения последняя пропорциональна квадрату силы первой».

Проще говоря, если воля и сила воображения вступают в единоборство, то побеждает обязательно сила воображения, из чего якобы следует вывод, будто волю лучше всего подавлять.

Тем самым путают волю с напряжением, а посему нужно подавлять в себе не волю, а судорожное, напряженное состояние, оцепенение воли, ложное мнение о мнимой трудности, якобы требующей «крайнего напряжения воли». Иными словами, подавлять надо сдерживающее нас представление о трудности некой задачи. Вместо него должна возникнуть убежденность в достижении успеха как чего-то само собой разумеющегося.

Поясним это на любимом примере Куэ: велосипедист видит перед собой препятствие и «предпочел бы» его объехать, но заставляет себя ехать не сворачивая – и обязательно падает. Причиной падения служит препятствие, которого он боится и хочет избежать.

Разве в душе велосипедиста между волей и силой воображения разразилась битва, закончившаяся поражением воли? Вовсе нет. Он упал потому, что его мысли сильнее сконцентрировались на препятствии, нежели на свободном пути. Просто то, о чем думают наиболее эмоционально, быстрее всего и воплощается в реальности. Стало быть, здесь налицо ошибка мышления. Вместо того, чтобы пугаться препятствия и тем самым навлекать на себя именно то, чего боишься, велосипедисту следовало бы направить свои мысли исключительно на дорогу, говоря себе примерно следующее: «Эта дорога настолько широкая и надежная, что незачем с нее сворачивать. Здесь проедет и ребенок».

Иными словами, негативный, заряженный страхом образ препятствия и возможного падения следует вытеснять более сильным, эмоционально позитивным образом безопасного пути. Тогда «сила притяжения» препятствия окажется сломленной, велосипедист просто не обратит на него внимания, и вскоре оно останется позади.

Женевский профессор Бодуэн вполне справедливо говорит о «законе напряжения, приводящего к обратному», который можно наблюдать на примере того, как мы краснеем. Чувствуя, что краска приливает к лицу, и не желая этого, мы стараемся всеми силами воспрепятствовать происходящему, но краска все сильнее заливает лицо. Почему? Ключ лежит в слове «напряжение».

Человек судорожно напрягается, боясь покраснеть. Это напряжение заряжено страхом, в его основе мысль о неизбежности, нарастающая одновременно с ростом внутреннего напряжения. А поскольку всегда воплощается более сильная мысль, человек краснеет.

Напрягающий свою волю, чтобы не слышать назойливый шум, будет еще отчетливее воспринимать его как помеху. Старающемуся изо всех сил заснуть суждено бодрствовать. Реализовываться всегда будет мысль о невозможности, лежащая в основе любого напряжения, поскольку каждое судорожное «я хочу» выдвигает на передний план более сильную ответную мысль «но не могу», а любое напряжение есть по сути сосредоточение внимания на препятствии, а не на цели!