— Возьми мальчика, — приказал Роланд Мишелю и отступил в коридор. — Убери меч в ножны, — сказал он Робби.

— В ножны? — казалось, Робби находился в замешательстве.

Роланд взглянул на меч, на котором остались окровавленные перья.

— Мы здесь гости.

— Пока.

— Что, во имя Христа, мы делаем? — поинтересовался Скалли.

— Сражаемся за честь лорда Дугласа, — отрезал Робби.

— Так мы сражаемся?

— За Дугласа! — прорычал Робби.

— Нет нужды кричать, — сказал Скалли и, когда Робби засунул меч в ножны, вытащил свой короткий клинок. — Просто скажи мне, ты хочешь устроить резню, да?

— Пока нет, — сказал Робби.

— И веди себя тихо, — добавил Робби. Роланд бросил взгляд на Робби, как будто в поиске поддержки, но юный шотландец нервничал не меньше француза. — Нужно двигаться, — предложил Робби.

— Мы покидаем замок?

— Думаю, нам придется, — он помедлил, оглядываясь, — если сможем.

Роланд повел их через двор. Несколько догорающих костров, на которых воины поджаривали овсяные лепешки, дымились в большом дворе, но лунный свет был ярким, а тени черны.

Никто не обратил на них особого внимания. Женевьева завернулась в плащ, а Хью прижался к ее подолу, пока они прокладывали себе путь между спящих мужчин и лошадей.

Некоторые передавали друг другу бурдюки с вином и тихо разговаривали. Кто-то пел. Кто-то негромко хихикал. В надвратной башне мерцал свет фонаря.

— Поищи мою лошадь, — приказал Роланд Мишелю.

— Думаешь, они просто позволят нам выехать? — прошептал Робби.

— Не ищи мою лошадь, — сказал Роланд, размышляя о том, как они смогут сбежать на своих двоих.

— Сапоги, сир? — предложил Мишель.

— Нет времени, — отозвался Роланд. Его мир рассыпался на части, он больше не знал, где лежало спасение, разве что это была его честь, и это означало, что он должен спасти еретичку, даже если придется нарушить клятву, принесенную церкви.

— Я прикажу им опустить мост, — сказал он Робби и зашагал к надвратной башне.

— Остановите их! — раздался крик из двери позади них. Отец Маршан, держась за дверной косяк, указывал на них. — Остановите их! Во имя Господа!

Люди во дворе были тяжелы на подъем. Некоторые спали, другие пытались заснуть, а многие были одурманены вином, но теперь они зашевелились, по мере того, как все больше людей подхватывало этот призыв. Скалли выругался и толкнул Робби локтем.

— Так мы деремся наконец?

— Да! — прокричал Робби.

— С кем?

— Со всеми!

— Как раз вовремя, черт дери! — буркнул Скалли и обрушил свой меч косым ударом на человека, пытающегося вылезти из-под плаща.

Тот упал с залитым кровью лбом, и Скалли разрезал мечом веревки, которыми три лошади были привязаны к кольцу в стене.

Он кольнул одну из лошадей острием меча, и животное рвануло вперед, вызвав хаос в рядах спящих людей. Он стукнул двух оставшихся, и все лошади во дворе заржали и встали на дыбы.

— Подъемный мост! — прокричал Роланд. Перед ним появились двое, оба с мечами, но его неожиданно охватило спокойствие. Это было привычным ему занятием. До сих пор он дрался лишь на турнирах, но победы на состязаниях являлись результатом многих часов тренировок, и он быстро ударил по широкому клинку врага, потом в ответ сделал ложный выпад, шаг вперед, и его меч прошел между ребер мужчины слева, а он уже наступал на второго, яростно махая мечом, отвел руку с клинком, так что локтем заехал противнику в живот.

— Готов, — провозгласил Робби, — в точности так же, как если бы это было меле во время турнира.

Роланд отступил влево и произвел короткий замах, и первый воин выбыл из битвы, он едва мог дышать. Теперь из надвратной башни вышли двое стражников, и он быстро побежал к ним.

Один был вооружен копьем, которым попытался его ткнуть, но Роланд видел нервозность на лице противника и даже не подумал парировать удар, а просто быстро взметнул меч вверх, так, что острие проделало жуткую рану на лице стражника.

Разрезало ему губы, нос и бровь, глаз наполнился кровью, а он повернулся ко второму стражнику, который запаниковал, отступая к надвратной башне.

— Приведи леди Женевьеву, — крикнул Роланд Мишелю, — к воротам!

Роланд исчез в помещении для стражников, а Робби и Скалли расчистили вход в длинный арочный проход, дальний конец которого был закрыт подъемным мостом.

— Проклятые щеколды, — пробормотал Скалли.

Мишель не говорил по-английски, но увидел щеколды и вытащил ту, что находилась справа, из каменного углубления. Женевьева протянула руку, чтобы вытащить остальные, но они не сдвинулись с места, а плащ соскользнул с ее плеч.