Взрыв разрушил бетонные перекрытия шести этажей, железнодорожные пути и танцевальный зал отеля «Мэриот». Его почувствовали даже туристы, находившиеся на острове Эллис в километре от ВТЦ. Шесть человек погибло, и свыше тысячи было ранено. Столь массовой госпитализации в американской истории после гражданской войны не происходило. Башни покачнулись, но устояли. Когда Льюис Шилиро, глава нью-йоркского управления ФБР в то время, прибыл на место происшествия и увидел кратер диаметром более шестидесяти метров, он был настолько потрясен, что сказал строительным экспертам: «Это здание простоит века!»

После теракта Юсеф улетел в Пакистан и вскоре появился в Маниле. Здесь он начат разрабатывать необычный план одновременного взрыва десятка американских самолетов, чтобы убить президента Билла Клинтона, папу Иоанна-Павла II и обрушить частный самолет на штаб-квартиру ЦРУ. Интересно, что уже в то время часть исламистов приступила к разработке беспрецедентной акции, имевшей большое символическое значение.

Демонстративность всегда являлась характернейшей чертой террора, и амбиции террористов здесь были несомненны. Но Рамзи Юсеф и последователи Слепого Шейха, стремившиеся привлечь внимание мира к теракту, также надеялись нанести противнику ошеломляющую моральную травму, убив столько людей, сколько могли. Кроме того, они надеялись вызвать экономический кризис, который стал бы знаком для всех мусульман. Но теракт нельзя было назвать продуманным политическим жестом. Хотя многих заговорщиков переполняла жажда мести, они даже не задумывались, что политические свободы и экономические возможности им предоставила Америка, а не их собственные страны. Вскоре они создали подпольную сеть боевиков, готовых нанести удар. Единственное, чего им недоставало, так это организационного таланта Аймана аль-Завахири и его организации «Аль-Джихад».

Месяц спустя после взрыва во Всемирном торговом центре Завахири выступил в некоторых мечетях штата Калифорния. Он приехал из Берна, где «Аль-Джихад» содержал конспиративную квартиру (дядя Завахири был дипломатом в Швейцарии). Хотя Айман и въехал в США по своему настоящему паспорту, он представлялся боевым псевдонимом «д-ром Абдулом Муизом, сотрудником кувейтского Красного Полумесяца». Он говорил, что приехал собирать деньги для лечения детей, пострадавших от советских противопехотных мин во время джихада.

В течение многих лет Соединенные Штаты были главным местом сбора пожертвований на нужды арабских и афганских моджахедов. Шейх Абдулла Азам совершал многочисленные турне по мечетям Бруклина, Сент-Луиса, Канзас-Сити, Сиэтла, Сакраменто, Лос-Анджелеса и Сан-Диего. В тридцати трех городах Америки существовали отделения организации «ФБР», созданного бен Ладеном и Азамом для поддержки джихада. Война против Советского Союза способствовала созданию всемирной сети благотворительных организаций, особенно многочисленных в США. Отделения продолжали свою деятельность и после распада СССР, в Афганистане начались междоусобицы. Завахири рассчитывал воспользоваться щедрым американским источником в интересах «Аль-Джихада».

В поездке по США его сопровождал Али Абдельсауд Мохаммед — в истории шпионажа личность уникальная. Двухметровый гигант весом всего девяносто килограммов, исключительно экспрессивный Мохаммед был мастером военного дела и полиглотом, бегло говорившим по-английски, по-французски и по-еврейски, не считая своего родного арабского языка. Он был умен, дисциплинирован и общителен, благодаря чему легко приобретал друзей. Такие люди обычно стремятся руководить. Он получил звание майора и ранее служил в том самом подразделении египетской армии, где и Халед Исламбули, совершивший покушение на Анвара Садата. Египетское правительство подозревало, что Али был активным исламским фундаменталистом, и действительно, он тайно состоял в «Аль-Джихаде». После увольнения из армии Завахири поручил ему сложнейшую задачу — проникнуть в американские спецслужбы. В 1984 году Мохаммед установил контакт с резидентурой ЦРУ в Каире и предложил свои услуги. Офицер, который встречался с ним, заподозрил, что Али мог быть агентом египетской разведки, и на всякий случай запросил другие резидентуры, не представляет ли он для них интерес. Резидентура во Франкфурте-на-Майне, относившаяся к иранскому сектору ЦРУ, интерес проявила, и вскоре бывший майор оказался в Гамбурге в качестве начинающего агента. Его послали в мечеть, мулла который подозревался в связи с «Хезболлой». Он сразу же сообщил иранскому мулле, что является американским шпионом, посланным с целью проникнуть в общину. Али не подозревал, сколь глубоко ЦРУ внедрилось в ближневосточные диаспоры, и его поступок немедленно стал известен шефу резидентуры.

ЦРУ заявило, что потеряло доверие к Мохаммеду, разослало соответствующий циркуляр во все отделения и попросило Государственный департамент включить его фамилию в список лиц, которым запрещен въезд в США. Но Мохаммед уже находился в Калифорнии, въехав в страну по программе помощи лицам, оказавшим услуги США. Управление не успело исключить его имя из своих списков. Но чтобы остаться в Америке, нужно было гражданство. Вскоре он женился на жительнице Калифорнии Линде Санчес, медсестре, с которой познакомился во время перелета.

Год спустя Мохаммед решил возобновить свою военную карьеру и подал заявление о вступлении в армию США. Он прошел курс обучения в Центре специальной военной подготовки им. Джона Ф. Кеннеди и в военной школе в Форт-Брэгге, Северная Калифорния. Получив звание сержанта, Мохаммед произвел столь благоприятное впечатление, что удостоился особой благодарности командования «за исключительные достижения», победив в соревновании по боевым искусствам наиболее подготовленных солдат. Командиры характеризовали его как военнослужащего «вне всяких упреков» и «отличного специалиста».

Он глубоко хранил тайну своей личности «с двойным дном» и никогда не проявлял истинных убеждений. Каждое утро Мохаммед начинал с предписанной исламом молитвы, а затем делал длинную пробежку, во время которой слушал и заучивал наизусть суры Корана, записанные на магнитофон. Во время курса военной подготовки он параллельно изучал исламское богословие, чтобы получить степень доктора. Командование американской армии настолько уважало его взгляды, что попросило провести цикл занятий на тему Ближнего Востока и сделать серию видеоуроков об основах ислама для других военнослужащих.