– Простите за беспокойство, - говорит Юдре первый монах. – Мы ищем великого учителя. Его зовут Патрул Ринпоче. Может быть, слышали?

– Нет никогда, - пожимает плечами хозяйка. – Хотите позавтракать, ребята?

– Спасибо, у нас мало времени, надо объехать все окрестные деревни.

– Жаль, - Юдра разводит руками.

Ани принимается вновь лаять на монахов - за отказ от завтрака.

– Как тебе не стыдно! – ругает собаку Юдра.

– Можно погладить? – спрашивает первый монах.

– На здоровье, - разрешает Юдра.

Монахи заходят во двор. Первый присаживается на колено перед Ани, начинает с ней заигрывать. Собака успокаивается, замолкает, затем блаженствует.

– Что с ней? – спрашивает первый монах у хозяйки.

– Понятия не имею, - пожимает плечами Юдра.

– Ваша собака, и вы не знаете? – удивляется второй монах.

– Не моя. Только этого не хватало. Чотар ее сюда привел. Неделю назад. А до того она всю деревню облазила.

– На двух лапах? – с сочувствием уточняет второй монах, склонившись над собакой.

– Кто такой Чотар? – спрашивает первый монах.

– Домработник. Слушайте, простой бродяжка, а такой классный оказался мужик! – Глаза Юдры заблестели. – Кто бы подумал! Две недели, вот, он у меня живет, - дом просто не узнать. Просто что-то! Все блестит и пахнет. Я даже иногда боюсь туда заходить. – Юдра кивает на дверь своего дома. – Не руки – золото! Что только он не умеет! У меня самой был радикулит, так он меня научил одному упражнению, я вообще ничего не чувствую. Как новенькая! Вообще такой мужик! – Хозяйка показывает большой палец или что-нибудь по-тибетски.

Патрул издали наблюдает, как монахи общаются с Юдрой, играют с Ани.

Во дворе. Монахам практически все ясно. Присутствие Майтреи очевидно и на абсолютном, и на относительном уровне.

– А сколько лет вашему Чотару?

– Не знаю… Лет сорок. Ну, от силы, полтинник. Но такой мужик, ребята, такой парень!

– Познакомите нас? – просит второй монах, оглядывая дом. – Чотар сейчас здесь?

– Мусор пошел выносить. – Юдра осматривается – А вон он идет!

По дороге с нарочито мрачным лицом непоколебимой поступью идет Патрул Ринпоче. Ему совсем не нравится, что его нашли и куда-то теперь поведут, словно редкое животное, под конвоем.

Здесь хорошо бы замедлить кадр:

Ринпоче заходит во двор.

Второй монах почтительно склоняется, сложив на груди руки.

Первый монах, стоявший на одном колене, падает на оба колена и опускает лицо, продолжая при этом гладить собаку.

Патрул попадает в окружение растерянной Юдры и монахов. Пауза.

Наконец, мы замечаем, что по щекам монаха на коленях, приласкавшего Ани, бегут слезы:

– Ринпоче… – шепчет он, как ребенок, нашедший мать через три года, - Не бросайте нас… Пожалуйста… Пожалуйста, не бросайте нас, Ринпоче…

Учение на просторном зеленом поле. Толпа монахов и мирян сидят на земле вокруг одноразового трона, на котором находится Патрул Ринпоче. В ходе лекции мы видим в числе слушателей Юдру, Таши Озера и монахов, нашедших Патрула.

– Примите мои извинения, - говорит Патрул. – Я нахожусь на верху, на троне, вы - внизу. Все должно бы быть наоборот, поскольку вас много, а я один. Если б не традиция, мне самому, конечно, не пришло бы в голову забраться повыше, а вас всех заставить сидеть на сырой земле. Но вот… (Патрул осматривает трон) мне сделали это кресло, оно довольно высокое, удобное… И у меня не хватило духу от него отказаться.

Ничего… В этой непредсказуемой сансаре все меняется. Пешки становятся ферзями, ферзей съедают, они становятся пешками… Давайте, в следующий раз я сяду на землю, а вы заберетесь сюда? Хорошо? Только не забудьте мне напомнить. А то я по-привычке полезу наверх. Возможно вообще, к следующей встрече вы уже станете такими шустрыми буддами и бодхисаттвами, которые всех опережают, занимают лучшие места. Тогда мне ничего не останется, как сесть на свободный кусок земли и внимать многообразию учений. Это будет поистине прекрасно.

Пауза. Ринпоче мечтательно смотрит в небо.

– Поистине прекрасны многообразные учения будд и бодхисаттв, - продолжает Патрул, очнувшись.
– Но все они в конечном итоге сводятся к двум драгоценностям. Каким именно? Я что-то забыл…

Ринпоче осматривает собрание вопросительным взглядом:

– Я в прошлый раз рассказывал. Вы тоже забыли?

– К пустоте и состраданию, - осмеливается заявить один монах.

Указательный палец Патрула уже направлен в сторону ответившего монаха, как в место обитания истины.