Но я чувствовал руку Фанни в своей руке, и мне казалось, что весь мир подождет. Видимо, только казалось. Рассказав про дедушку и его груду макулатуры, Фанни смотрела на меня с явным ожиданием. Но мне ответить ей было нечего. По крайней мере, мои скептические замечания ее явно бы не устроили.

Ссориться я не хотел, поэтому думал, как бы удачно сменить тему. Просто ради того, чтобы еще немного здесь посидеть. Чтобы еще немного подержать ее руки в своих. О чем в таком случае говорить, мне по большому счету было неважно.

Однако один вопрос все же занимал меня сильнее остальных. Один-единственный. Но не задать его было невозможно.

— Что это за большой взрыв в последующие сорок восемь часов?

Потупив взгляд на свечку на столе, она молчала.

Я пошел ва-банк.

— Прекращай это все! В террористической группировке тебе не место. Ни тебе, ни моей пожилой преподавательнице. Не дадим этому произойти! А пятьсот тысяч потом поделим.

Она вырвала свою руку.

— Ты уничтожаешь то, что я люблю! Ты — просто жалкий литературный агент, — крикнула она мне в лицо. Сидящая за соседним столиком пожилая дама обернулась. То, что на ней не было Примочек, говорило само за себя.

Фанни вскочила.

— Арне тебе верит. Но я не собираюсь, — она бросила на стол десятку, которая, чуть не спланировав прямо на свечку, приземлилась там, где секунду назад покоилась рука самой Фанни, спрятавшись под моей ладонью. — На, держи! Это тебе на обратный билет к твоему зомбоящику.

Она вылетела из ресторана, не обернувшись.

На улице водопадом лил дождь. Совсем как в кино, подумал я. Когда главные герои расстаются или ссорятся, с неба всегда водопадом льет дождь. И из аниматора в комнату прыскает влажный воздух.

Настоящий дождь на ощупь был совсем другим. Пока я искал рикшу, успел вымокнуть с головы до ног. Добравшись до магистрали, я решил отказаться от такси. Не следовало прикладывать свой палец где попало. Он оставляет следы. По крайней мере, хоть что-то полезное из разговоров с Арне и Фанни я вынес. Несмотря на то, что в глазах Фанни я был всего лишь разрушителем того, что ей дорого, а Арне делал все возможное, чтобы я потерял работу как можно скорее.

Прошагав еще час по лужам, под дождем я добрался до ближайшей станции метромаглева. Времени подумать по дороге у меня было немало. Успел ли я уже достаточно увязнуть в этом болоте или у меня еще был шанс спастись? И насколько глубоко разъела мое сознание критика существующей системы?

Каким-то образом удалось же Арне склонить на свою сторону даже мою старую наставницу? А убедить ее в чем-либо было задачей не из легких — я это знал на собственном опыте. Или в том, что я так и не вызвал сегодня суперсканеров, была виновата только рука Фанни в моей руке? Когда я наконец добрался до дома, я весь продрог. Обойдя дезинфектор, я влез прямо в одежде в душевую кабину и пустил горячую воду. Стянул с себя и без того промокшую, хоть выжимай, рубашку. До встречи с Йойо оставалось два часа. Экран только что включенных Примочек зажегся синим. Я снова пропустил свою рекламу.

— Служба поддержки Примочек рада приветствовать вас как полноправного пользователя услуг по полной абонентской плате, — радостно сказал приятный женский голос. Прежде чем я успел что-либо возразить, мой взгляд дернулся, и это означало, что я согласен с условиями использования Примочек со стопятидесятипроцентной наценкой. Сильно меня сейчас это не волновало. Были проблемы поважнее.

Не взволновало меня и всплывшее сообщение от Номоса:

«Всем агентам моей команды! Сегодня в пять экстренное заседание кризисного штаба. Встречаемся в главном офисе. Все, кто не явились, будут немедленно уволены».

Я не пошевелился.

Судя по динамике, отображавшейся у меня на Примочках, Номос с каждым днем делал шаг к тому, чтобы оказаться в хвосте общего рейтинга сотрудников «Скана». Ввиду этого в повестке дня прочное место заняли заседания по кризис-менеджменту. Кризис состоял в том, что его команда день ото дня вылавливала все меньше читателей.

В дверях офиса я столкнулся с Йойо. Номос направил на стену зала заседаний проекцию карты зоны А, по которой перемещался красный курсор. Он пошел на приближение. Вскоре карта исчезла из поля видимости, и мы увидели пожилую женщину с продуктовой сумкой.

— В последний раз ее видели в четырнадцатом квартале.

Он направил увеличение на сумку. На самом верху лежали три книги.

— Целая недельная норма за раз, — прошептал мне на ухо Йойо.

— Существует версия, согласно которой она не проживает в зоне А, а является резидентом одного из пенсионерских лагерей в С, — продолжил Номос.

Аниматор спроецировал в комнату изображение, на котором женщина была зафиксирована в одном из супермаркетов сети «Стодвадцатипятерочка».