– А лар Еной?
– уже всё понимая, уточнил я.

– Почтенного некроманта не вмешивай в это поганое дело.

– Там еще эльф был и...

– Нет, ты себя со стороны послушай, а? Вломился, значит, с подельниками в чужой сад, взломав замок. Поймал охранника, древнего деда, кляп, значит, веревочка... И бухать. В склеп.

– Картина...
– согласился. Представить, что такое я мог вытворить, пусть даже и воскурив наркотические вещества - как-то не получается.

– Подельники, значит, приняв на душу, уползли, а ты, стало быть, пытался выбраться из склепа - да не срослось. Слушай, Кирилл, давай расстанемся по-хорошему, без служебного расследования, смакования всех деталей, а?

– А...

– Само собой, запрет на работу в любых городских управах сроком на десять лет. Мэрия ратовала и за исключение из рядов слушателей Академии, но тут вступилась Гвардия. Лар Еной лично. Поблагодари благородного некроманта.

– Всенепременно, - хмуро выдавил я.

– Честно говоря, - доверительно начал гном, - все формальности уже улажены, и твоего согласия - не обессудь - не требуется. Мэрия не хотела так просто заминать скандал... Договорились. Так что гони бляху - и катись.

Я встал и выудил из кармана новенькую бляху, не так давно врученную. Еще не потертую, а прямо так и сверкающую. Как глупо. Из-за какого-то богатенького придурка лишиться всего... И те, кого считал друзьями, так просто по чужой указке указали на дверь...

– Не больно-то и хотелось...

Капитан ехидно бросил:

– Шевели грабарками, парень...

Итак. Выгнали. Странно. Не помню ничего подобного! И некромант. Его отмазали, а меня, выходит, по полной. Впрочем, красавчику я вломил. Не пять раз, да и без магии... Найдем и устраним несоответствия. А то как-то обидно: указано столько, а в реальности было меньше. По списку надо!

Эльфийка что-то проворковала, но я слов не понял, вышел из приемной и направился кратчайшей дорогой на выход. Был дом - не стало. Дорога зовет... А управа - будто вымерла. Ни шагов, ни голосов - тихо, как на кладбище. Что, не выйдут и проститься? Отверженный?!

Да за набитую гадине морду памятник ставить надо! Они ж, не получив, зазнаются, свешивают ноги до земли, и ездят, ездят, ездят... Пока не укатают, в неё, родимую. По летнему горячую, по зимнему ледяную.

Стало прохладней и я заметил причину: дальше по коридору открыто окно, возле него стоит и курит кряжистый мужичек.

– Разнос устроил?

– Угу.

– Ты на старика не серчай - должность у него такая.

– Угу.

– Помнится, не так давно был у нас товарищ из смежной организации. На пару подарочков указал. Ушастеньких таких.

– Подс...
– удивился я.

– Да!
– перебил помощник Капитана.
– Поэтому, сам понимаешь, представление по заявкам было исполнено со всем тщанием.

– Это ничего не меняет, - грустно улыбнулся я.

– Бесспорно, - согласился.
– Теперь ты в свободном полете. Учебой вот займешься. Чем не дело?

– Дело. Только...

– А вот об этом не волнуйся. Развеешься немного, а потом... дельце найдется. Стража своих не забывает! И не бросает... Понял, Кирилл?

– Понял.

– Хорошо... Ну, бывай. Увидимся.

Старлей хлопнул меня по плечу, подмигнул. По-медвежьи переваливаясь, потопал по коридору.

Ага... выходит, память меня не подводит. Было то, что было. Нда... Не звучит. Но смысл понятен. Обидно, что я теперь не страж, но с другой стороны очень интересно - что в Сантее таки происходит? Если начались такие игры...

***

Прощание... ни к чему. Тем более, когда не понятно - как теперь ко мне относятся уже бывшие сослуживцы. Все так стремительно произошло. Да и память говорит одно, Капитан другое, и совершенно случайно встреченный на единственном пути отхода от начальственного чистилища помощник судьи всея управы намекает на иное... Что донесли до обычного подчиненного уха? Выясним, не откладывая в долгий ящик.

А прощание... не на заслуженный отдых, и, слава богам, не в мир иной. К чему танцы, пляски, напутственные речи и пир горой? Вот когда отгуляна долгая насыщенная жизнь; дети, внуки, почитатели, последователи в праве собраться за одним столом, смахнуть скупую слезу и испить горькую чарку... Правда, и в таком случае бывают накладки - умерший-то, решив вдруг задержаться, неупокоенным уже, в силах присесть за стол да гаркнуть: "Покойничку плесни!" И лучше пусть потчует разносолы со стола, чем гостей на неожиданно острые зубки насаживает.