«Может, этот груз давит на неё? Не находить себе равных, знать и уметь больше прочих… Эх, Скорп. Только ты на неё можешь повлиять. Когда уже вернёшься?».

– Нет, всё в порядке. Просто кошмар.

Подошли Егор с Юлией. Телепатка тут же подметила:

– Не просто кошмар. Ты на измене. Словно увидел, как убили близкого тебе человека.

Андрей поскрёб заросший щетиной подбородок. Взгляд поднялся до заходящего солнца. Пора было возвращаться на базу. И нельзя было ни о чём мыслить, пока рядом Юлия со своим внутреннем «сканером». Прочитает, как открытую книгу.

«Человечество изменится, Юлька. Очень скоро мы все будем как на ладони. Только связано это не с глобализацией. А потому роду людскому придётся быть чище».

Юлия улыбнулась, выдав себя, что снова прочитала мысли.

– Я за годы командировок видел немало смертей, - обронил вслух Андрей. – Меня смертью не удивишь.

– Но и у тебя есть страхи, которые делают тебя слабыми, - поднялась Лада.

– Есть. Они у всех есть.

– У меня нет, - упрямо ответила Лада.

– И у тебя есть. Страхи у всех есть. Стоит только хорошенько в себе порыться. Это индикатор физического существования. Вопрос в другом. Как ты его принимаешь и что с ним делаешь? Позволяешь ли тебя повергнуть страху или обращаешь его силу в свою победу?

– Нет! Мой брат ничего не боится!

– Ты даже не представляешь, как он боялся, когда в детстве у тебя был бронхит, а он не мог помочь, находясь на соревнованиях, как боялся, когда ты сломала ногу, боялся, когда ты едва не подавилась куском мяса. Я помню, с каким ужасом он рассказывал нам, пацанам, об этом. Он боится за тебя, за родителей, за друзей, даже меня, за всех нас! По-своему, конечно. Нам порой этого не понять, но разве к нему пропало уважение за эти годы? Или кто-то плюнул ему в спину? Его принципы близки многим – отвечать за своих близких.

– Он просто эгоист, - тихо добавила Лада, уходя к машине. – И дурак.

На лице Егора, Юлии и даже Артёма невольно отразилось, кто же реальная эгоистка. Но Кот ощутил себя со способностью Юлии, прочитав то, что реально чувствовала Лада.

– Жизнь покажет, - усмехнулся Кот, поднимаясь. – Итак, ребята, походу выходные подошли к концу. Пора на базу. Собираемся.

Молча, чуть заметно вздыхая, покидали вещи в багажник джипа, и расселись по салону автомобиля. Лада села сзади с краю, чтобы Андрей нарочно не видел её лица, если специально не начнёт двигать зеркальце. А обычно сидела всегда спереди. И мало кто мог этому воспротивиться.

Кот завёл автомобиль, и машина, вминая траву, мягко тронулась.

«М-да, она может убить меня быстрее, чем мухобойка муху. Но никому из своих не приносит вреда. Разве что в целях защиты или на редких заданиях, где без её помощи не обойтись. Внешне кремень, а внутри ранима, как дитя. Она и есть дитя. Дитя с большими возможностями. И ей не хватает чувства плеча. Скорее нам подставит плечо, чем сама попросит помощи… Юля, хватит лыбу давить… Дай спокойно подумать. У меня пока есть на это право. И вообще ты обещала научить меня от тебя защищаться. И не хихикай… Почему с вами так сложно? Одну разозлишь, автомобиль, как в прошлый раз, по небу полетит. Второго – всех в салоне начнёт бить током. Третьего – обязательно что-нибудь загорится. Эх, детки мои, детки».

* * *

Скорпион.

Россия. Дальневосточная тайга.

Вечер неспешно усыплял солнце. Багряница неба медленно серела, тухла, теряя силу. Ночь готовилась к победоносному маршу, спеша зажечь небосвод молочными каплями.

– Научишь так же прыгать скачками по миру - дам погонять на летающей тарелке, - не растерялся Сёма, оказавшись во дворе после Легкоступа.

– Освою Дальноступ, и не нужна мне будет никакая тарелка, - просто ответил Сергей.

Леопард неторопливо осмотрелся, подмечая все детали. Знакомая местность. Гостил пару раз. Всё то же, всё так же. Тот же дом, только рядом вырос второй, побольше. Брёвна светлые – недавно построен. Тот же колодец, только поодаль стоит вездеход. Надоело видать, Скорпиону пешком передвигаться. Та же баня, только по каменной дорожке бродит медведь и на холке у него сидит ребёнок!

– Эээ, - протянул Сёма, разглядывая мальчугана на медведе.

Собаки, волки были. Медведей не помнил.

– А, это? – обернулся на взгляд Сёмёна Скорпион.
– Это Ёруш. Сын Рыся.

– Ёруш? Но почему «Ёруш»? – Почему-то спросил Сёма, хотя хотел спросить, почему он на медведе.

Логика после полёта на летающей тарелке и перемещения в пространстве нарушилась, покорёжилась.

– Звук «ё» самый сильный из существующих гласных. Считай, что Рысь наделил сына оберегом при рождении. – Скорпион подмигнул.
– Заботливый.

– Сколько ему?

– Четвёртый год.

– И давно он так…эээ… передвигается?

– С начала весны, - засмеялся Скорпион, видя большие, расширившиеся зрачки брата. – Да ты не бойся. Это белогрудый, гималайский медведь. Он как Бурый мяса не ест. Травоядный практически. Ну, разве что гнездо разорить, насекомых пожрать маленько. А так в основном корешки, ягода, травки. А по силе и росту Бурому уступает совсем немного. На людей не нападает. Только если детёнышей защищает.