— Понимаю, Андрей Владимирович, — сказал Владимир улыбнувшись, — но энергетическое оружие, включая ядерное, — это оружие сдерживания — то есть наличия, декларации, а не применения. А, если серьёзных изменений ВПК феномен не вызывает, то чем тяжеловодный моноблок в двести мегатонн отличается от энергетического такой же мощности. Только — не собираетесь же вы всерьёз испытывать такое? — Владимир выделил последнее слово.

— Почему же, ещё как собираемся, и по максимальному варианту с выделением порядка гигатонны, но не на Земле, аналитик вашего класса должен был догадаться, — Владимир смущённо закивал головой, Белов продолжил, — забросим через Катапульту темпоральный умножитель с ядерной накачкой в пояс астероидов в непосредственной близости от крупного объекта, или даже внутри него. А потом, по поведению светового излучения, мы определим, — имело ли место локальное изменение ВПК, и в каких масштабах. Но, поскольку дело мирного использования подобных блоков — перспектива весьма отдалённая…

— Мирного? Темпоральных гипорбомб? — Васильев смотрел на академика с явным непониманием.

— Да, Александр Петрович! Например — для раскачивания реакции синтеза на Юпитере, что в течении полувека сделает Европу — я имею ввиду спутник, — академик хмыкнул, — вполне пригодной для колонизации, если не сказать — комфортной для человека — планета замёрзшего почти на полкилометра океана, таяние которого создаст практически земную атмосферу. Она, конечно, немного крупнее Земли — гравитация будет выше, но совсем незаметно. А «искусственное солнышко» — масса водорода на крупнейшей в окрестностях Солнца протозвезде в одиннадцать раз меньше естественного порога начала солнечного синтеза — «прогорит» за сотню миллионов лет и погаснет, но дай Бог человечеству воспользоваться и этим временем. Но пока рано — нет и необходимости, и необходимых технологий, пока для нас главное очень компактный — ведь для него достаточно пятисот мегаватного эксимерного лазера — реактор в триста тысяч мегаватт на новом источнике энергии — и мы его проработали! — с гордым видом Белов нажал какую-то кнопку на своём терминале и ожил проекционный экран в конце зала.

Одновременно с ним, информация подавалась и на мониторы участников заседания. Пока Белов комментировал изображения, рассказывая об устройстве новых энергоблоков, о том, что получение энергии от турбины — мера вынужденная и связанная с охлаждением системы, а большая часть электричества будет вырабатываться фотонными ловушками и эмиссионными преобразователями, генерал самостоятельно изучал проект — его интересовали какие-то иные его параметры.

— Вы рассчитали стоимость проекта в три миллиарда рублей для Иллюзии или для Большой Земли? — генерал внезапно прервал своё задумчивое молчание, так и не дождавшись окончания объяснений Белова.

— Ну, Александр Петрович, стоимость необходимых устройств и строительных работ универсальна, а задуманное нами для безопасности — в целях противодействия терроризму, удару потенциального противника, или, наконец банальной катастрофе — в результате которой высвободится энергия порядка пятидесяти килотонн — размещение одиночных энергоблоков или батарей по два и четыре от трёхсот до тысячи двухсот гигаватт на сорока метровой глубине в Иллюзии, конечно, дополнительных затрат не потребует, мы можем просто выкинуть в подпространство шурф породы, произвести необходимую для размещения реактора и коммуникаций выработки, а потом вернуть породу, закрыв блок гранитной пробкой, по прочности превосходящей любой железобетон. А для Большой Земли — всего лишь потребуется создание укрытия, для батареи в четыре энергоблока оно будет стоить не дороже пусковой шахты тяжёлых «стратегов» класса тридцать шестой, а для одиночного и парного, значительно меньше. В среднем — четыре пять. АЭС, для сравнения, стоит порядка двухсот миллиардов! — Белов демонстративно забарабанил пальцами по столу, ему нравилось наблюдать меняющееся с каждой секундой, и всё более восторженное и заинтересованное выражение лица генерала.

— Что же — дело за малым, дамы и господа! — Васильев оглядел зал, подумав про себя, что дамы-то всего две, и продолжил — точнее — за основным — хотя бы малосерийном промышленным производством интеграторов. Пока перерыв на полчаса — кое что нужно обдумать! — генерал встал с кресла и добавил, повернувшись к Владимиру, но так, что услышали все (или чтобы услышали все) — да, Володя, когда ты ознакомился с технологиями Города, то думал, что попал в будущее, а оказалось… Оказалось, ты давно нашёл его. В Прошлом…

Учёные начали разбредаться кто куда, Белов прошёл в свой кабинет, смежный с залом, только Андрею генерал дал жестом знак остаться. Для Василия такой приказ был излишним, Владимир уже понял, что телепат сопровождает Васильева на ответственных заседаниях как тень. Когда в зале почти никого не осталось, генерал сказал Владимиру вполголоса: «Что же, нам нужно предметно поговорить с академиком!» — с тихим скрипом отодвинул кресло, встал из-за стола и направился к кабинету директора НИИ. Владимир и ментальщики проследовали за генералом.

Белов отдавал кому-то распоряжения по телефону, казалось, не обращая внимания на вошедших. Владимир заметил, что учёный демонстративно указывает на то, что не принадлежит Иллюзии, или не только Иллюзии, каждой деталью своего поведения. Васильев, в свою очередь, эту игру принял и не навязывался Белову в начальники. Генерал сел напротив академика, усадив Владимира и ментальщиков по бокам удлинённого стола. Он терпеливо ждал, пока учёный закончит говорить, но, как только тот положил трубку, сразу же обратился к нему:

— Андрей Владимирович! Вы изучили схему получения темпорального луча, необходимую для воспроизводства интеграторов? — с интересом спросил учёного генерал.

— Изучил, Александр Петрович, и у меня много сомнений по этому поводу.

— Вы считаете, что она может не сработать?

— Нет, генерал, она-то безупречна, вот только мощность…Если входная энергия в полтора мегаджоуля дала феномен в четверть килотонны, то необходимый лазер в пятьсот мегаватт способен вызвать энергетический взрыв в те самые пятьдесят килотонн! На схеме, разработанной исследовательской группой профессора очень разумно предлагается обжатие выходного энергетического пучка несколькими лазерами значительно большей мощности, чем импульс накачки и создание лазерной линзы, направляющей фотонный поток в атмосферу под углом к горизонту, мы эту схему усовершенствовали и начали монтаж девятнадцати эксимерных установок, активируемых портативными водородными молекуляризаторами. На атомном реакторе или электроэнергии, для Большой земли потребовалась бы система, превосходящая по размеру наш НИИ, здесь полная схема умещается в полигон-лаборатории, и через пару часов будет готова. Но опасности это не снимает — академик встал из-за стола и начал «наматывать круги» возле окна — классический случай, когда и хочется и колется — желательно проделать отверстие в стене лаборатории, иначе пучок может дать феномен не в точке фокуса, а при соприкосновении с плотноматериальным объектом… Отверстие необходимо прикрыть высокопрочной плёнкой, поскольку придётся герметизировать лабораторию и создавать струйными насосами вакуум, близкий к абсолютному — молекулы воздуха, встреченные фотонным пучком внутри лаборатории могут дать эффект порядка тонны тротила, что мягко говоря, не желательно. Более того, безопасный для Города взрыв необходимо осуществить, по крайней мере, по нашей схеме, в сорока километрах от точки на десятикилометровой высоте, но…