– Я передаю ее в твои руки, Криони. Вижу, Ханк уже посеял нужные семена. Трискал улыбнулся:

– Дух Божий продолжает влечь ее к Себе.

– Позаботьтесь о ней тем временем. Проследите, чтобы она встретилась с Бернис, но не открывайте Бернис, кто она такая, пока не настанет срок,

Криони понимающе взглянул на Тола.

– У тебя снова есть какой-то план. Как развиваются события?

Тол помрачнел:

– Все идет своим чередом, но с серьезными осложнениями. Криони кивнул:

– Вижу, тебе и другим воинам нужно время, чтобы оправиться.

– Разрушитель многому научился на примере Аштона. Он в первую очередь взялся за праведников. Он и его демоны вызвали среди прихожан разногласия и раздоры, каких в церкви давно уже не было, и с каждым днем наше положение становится все более опасным. Я возвращаюсь в Бэконс-Корнер, чтобы положить конец этой кампании. Пока я не сделаю этого, мы не сможем приступить к решительным действиям.

Трискал озабоченно нахмурился.

– Но осталось ли у нас время, капитан?

– Нет, – коротко ответил Тол. – Мы просто должны сделать все, что сможем. Если тебе удастся использовать этот критический момент, чтобы побудить аштонских праведников к особым молитвам, будет хорошо.

Трискал улыбнулся.

– Можешь рассчитывать на них. Они будут молиться.

– Но, похоже, Салли Роу идет навстречу еще большей опасности, – добавил Криони. Тол с сожалением кивнул.

– Мы не можем осуществить наш план быстро, и не можем оградить ее от всех опасностей. Мы либо одержим полную победу… либо потерпим полное поражение.

Криони и Трискал обняли капитана.

– С Богом.

Тол поднял меч, давая знак своим воинам, – и они стремительно взмыли в небо, направляясь к Бэконс-Корнер.

– Потеряли? – проревел Разрушитель. – Вы имеете наглость сообщать мне, что потеряли ее?

Шесть отвратительных бесов стояли перед ним на крыше Уиткомб-Холла в Бентморе, уставившись себе под ноги и не смея поднять глаза. Они молчали, не в силах найти приемлемое объяснение. Разрушитель и Развратитель были готовы разорвать их на клочки.

Разрушитель требовал объяснения – и сию же минуту. Он схватил одного беса за волосы и рывком запрокинул ему голову, чтобы заглянуть в глаза.

– Я был уверен, что вы не потеряете ее, а будете следить за ней хоть до самого края земли – чтобы мы могли выбрать удобный момент и посмеяться над Небесным воинством, сорвать плод, когда он созреет… а теперь вы говорите, что потеряли ее? Каким образом?

– Мы следовали за ней, – пролепетала жалкая тварь.

– И что?

– Она направилась на запад с этим фермером.

– И что?

Демон скосил глаза на товарищей. Они даже не рискнули поднять взгляд, чтобы Разрушитель не подумал, будто им что-то известно.

– Фермер отвез ее в Аштон.

Разрушитель больно дернул беса за волосы, запрокидывая ему голову так, что захрустели позвонки.

– Аштон!

Демон скривился от боли.

– Мы следовали за ней, сколько могли, но нас вынудили повернуть назад.

В глазах Разрушителя полыхнула ярость.

– Небесное воинство?

Демон, едва не падая на спину, судорожно извивался в железной хватке Разрушителя.

– Они держат территорию, они и праведники Божьи!

Разрушитель отпустил беса, и тот рухнул на крышу, крутя головой, чтобы вправить вывернутую шею.

Разрушитель и Развратитель отошли в сторону посовещаться наедине.

Разрушитель тяжело и часто дышал, окрашивая воздух вокруг желтыми испарениями.

– Этот скользкий, увертливый, коварный капитан Небесного воинства! Он прячет ее в крепости, которую нам не взять!

– Она свободна, она жива – и теперь владеет и кольцом, и списками! – проворчал Развратитель.

– Списки – твоя вина! – заявил Разрушитель.

– А ее бегство? Разве не ты упустил ее?

– Если мы сейчас потеряем ее след…

– Не если, а уже потеряли.

– … Стронгмап своими руками оторвет нам головы! – Разрушитель в новом приступе ярости выплюнул струю вонючего дыма. – Никогда! Я не уступлю капитану Небесного воинства! Эти жалкие праведники не одолеют меня!

Он громко окликнул своих прихвостней, стоявших неподалеку. Демоны встрепенулись.

– Собирайте войско! Мы возвращаемся в Бэконс-Корнер! Мы закончим свое дело – истребим всех праведников, мы раз и навсегда заглушим их молитвы!

Клэр Иохансон положила трубку телефона в своем офисе и некоторое время сидела неподвижно, в глубокой задумчивости уставившись на телефон.