Нет, нечто большее. Скорее неотступное, всепоглощающее чувство, что через тридцать лет она, пройдя по кругу, вернулась к исходной точке и вновь обрела – с прежней полнотой – истину, великое сокровище души, которым некогда обладала, но которое потеряла. Она не помнила, чтобы в далекие годы посещения воскресной школы ее жизнь была такой шаткой и ненадежной, какой стала впоследствии. Тогда в ней просто жила какая-то убежденность, твердая уверенность во всем.

Наверное, отчасти дело в этом. Вероятно, те давние чувства были последней твердой опорой под ногами Салли.

«Да, тогда все было совсем иначе».

Салли, Сара и Флойд немного потеснились, чтобы освободить место для девушки, которая села рядом с Салли.

– Привет, – сказала она, протягивая руку. – Я Бернис Крюгер.

– Э-э-э… Бетти Смит. – Салли постоянно приходилось следить за тем, чтобы назвать нужное имя,

– Это наша новая постоялица, – сказала Сара.

– О, замечательно, – сказала Бернис. – Вы недавно в нашем городе?

– Да.

– Приехали по какому-нибудь делу?

– О… просто путешествую.

– И как давно вы здесь?

– Э-э-э…. Я только вчера приехала. – Салли надеялась, что девушка не пустится в подробные расспросы. Она решила сама поменять тему. – А чем вы занимаетесь?

– Работаю в местной газете. Я журналист и заместитель главного редактора, а кроме того мою кофейные чашки и выношу корзины для мусора.

– О, это интересно. Бернис рассмеялась:

– Иногда действительно интересно. Что ж, добро пожаловать в наш город.

– Спасибо.

Наступила небольшая пауза. Бернис перевела взгляд на сцену, и Салли решила, что разговор закончен, но тут Бернис снова повернулась к Салли, словно ее осенила какая-то мысль.

– Если я могу что-нибудь сделать для вас, пожалуйста, дайте мне знать.

Это предложение прозвучало несколько неожиданно. "Интересно, о чем подумала эта Бернис Крюгер? Неужели я произвожу такое жалкое впечатление? Салли оценила сочувствие девушки, но знала, что никогда не сможет принять его.

– Спасибо. Я учту это.

Началось служение – и оно давало полное представление о фундаментализме среднего класса. Салли решила оставаться объективным наблюдателем и делать мысленные заметки.

Содержание песнопений показалось ей достойным внимания: во всяком случае, в них говорилось о любви к Господу и Иисусу Христу, о поклонении и преданном служении Отцу Небесному и Его Сыну, и было совершенно очевидно (иного Салли и не ожидала), что эти люди искренне верили в чувства, выраженные в гимнах, и с великой убежденностью руководствовались ими в жизни.

По ходу служения – когда от песнопений прихожане перешли к рассказам о личном духовном опыте – Салли вдруг поймала себя на том, что наблюдает за происходящим с неподдельным увлечением. Ей нравилась царящая здесь атмосфера. Эти люди были счастливы, и хотя форма богослужения казалась несколько странной и непривычной для человека постороннего, Салли понимала и ни на миг не забывала, что по сравнению с ее собственными занятиями йогой и медитацией происходящее здесь действо было безопасным, нормальным и даже поистине умиротворяющим.

Настало время молитвы, и пастор Буш стал выслушивать просьбы прихожан. Попросил о молитве пожилой мужчина с серьезным растяжением связок, а также молодая женщина, охваченная тревогой за своего мужа, который «не знает Господа», молодой отец семейства, оставшийся без работы, и женщина, сестра которой родила недоношенного ребенка.

Потом заговорила девушка из редакции газеты, Бернис:

– Не забудем помолиться и о Маршалле с Кэт, которых сейчас нет в городе. Думаю, у них возникли серьезные трудности и им приходится преодолевать сильное духовное сопротивление.

– Конечно, – сказал пастор Ханк, – мы все постоянно помним о них. И обязательно о них помолимся.

Потом пастор призвал всех прихожан слиться в молитве, прославляющей и восхваляющей Господа, и попросил Господа выполнить все высказанные здесь просьбы.

– И мы помним также о Маршалле и Кэт, которые ведут духовную борьбу…

Эти слова привлекли внимание Салли. Духовная борьба. О! Если бы эти люди только знали, какую борьбу ведет она!

– "Но Он изъязвлен был за грехи наши и мучим за беззакония наши; наказание мира нашего было на Нем, и ранами Его мы исцелились".

Бернис Крюгер тихим голосом прочитала эти слова из своей Библии, в то время как Салли следила за ней по Библии, принесенной из пансиона Сары Баркер. Они сидели вдвоем в кабинке в ресторане Дэнни на Главной улице, недалеко от редакции «Кларион». Они заказали обед и, пока тот готовился, во второй раз просматривали текст утренней проповеди Ханка, основанной на нескольких стихах из Книги пророка Исайи.