И вот теперь Белов стоял перед прозрачным только изнутри окном тайной комнаты. Стоял, застыв, словно пришибленный звуком громкоговорителя. Север понимал: Джавад перехитрил его, подловил. И еще Север понимал: он по собственной дури, по собственной глупой самоуверенности провалился в дерьмо по самые ноздри. И теперь запросто может погибнуть, хотя права на смерть не имеет, поскольку отвечает за жизнь двух страдающих без вины девчонок.

— Ай, молодец ты, Виталик! Ай, молодец! Так все придумал! — Джавад похлопал по плечу стоявшего рядом бойца. — Эти твои датчики — просто класс! И главное — фраер попался! Теперь уж мы точно его возьмем! — ликовал кавказец.

Хитрый горец догадался, что Север не был знаком с Мальвой до встречи в «Джанге». А познакомившись, видимо, узнал наркоманку по приметным голубым волосам и передал ей привет от Яны. Потому-то Мальва потом и спасла парня, решил Джавад: он помнил, насколько сильно «синевласка» привязана к подруге.

Но, рассуждал Джавад дальше, если чмырь так хочет его убить и если Мальва взялась чмырю помогать, то она обязательно вспомнит про особняк, где завалить хозяина ночью, когда он один, сравнительно легко. Значит, организовать чмырю ловушку разумнее всего именно в особняке.

После побоища в «Джанге» Джавад не сомневался: Север — крутой профессионал, и ему ничего не стоит незаметно проникнуть внутрь особняка. Однако устраивать засаду именно внутри дома Джавад не решился. И вот почему. Во-первых, он уже однажды убедился, насколько метко его враг стреляет, насколько ловко умеет уворачиваться от ответных пуль, вообще насколько опасен. Кавказец попросту боялся, что чмырь почует неладное и умудрится перебить всех людей Джавада раньше, чем они его достанут. А людей у Джавада осталось не так уж много: всего семь человек, да еще восьмой — необстрелянный новичок Виталька. Он, конечно, парень верный, ведь это он помог уничтожить останки Семена, но вот каков Виталька в бою — кто знает? Зато точно известно, что с пресловутым чмырем в бою шутки плохи…

Во-вторых, в засаде внутри дома Джавад мог держать только собственных восьмерых пацанов, поскольку не знал, когда конкретно придет киллер — сегодня, завтра, послезавтра? А каждую ночь срывать с места и загонять в особняк «быков» из других бригад — кто ж ему, Джаваду, позволит? У тех пацанов свои командиры и своих дел достаточно…

И наконец, в-третьих, Джавад очень хотел взять чмыря живым — должен же он выпытать у парня, где прячутся девки — Янка и ненавистная сука Мальва! Да и шкуру заживо содрать с врага, посмотреть, как он корчится от боли, как умоляет и в ногах валяется — ой до чего охота!

Но конкретного плана захвата киллера в особняке Джавад придумать не мог. И не далее как нынче днем поделился своими думами с верным Виталиком. А верный Виталик с ходу предложил решение, показавшееся Джаваду идеальным…

Виталик неплохо разбирался в технике. Он объяснил кавказцу, что среди систем сигнализации существуют особые датчики, реагирующие на тепло человеческого тела. Если установить такие датчики в доме, то, пока дом безлюден, они молчат, но едва там появится хоть кто-нибудь живой — подают радиосигнал. Виталик забился в течение дня достать эти датчики и установить в особняке у Джавада.

Дальше все было просто. Когда Север забрался в дом, датчики сработали. Работали они и до сих пор, о чем Север знать, конечно, не мог. Зато Джавад знал наверняка: кроме чмыря, появиться в его особняке некому. И, получив на специальный приемник радиосигнал от датчиков, бандит поднял по тревоге бойцов двух бригад из соседних районов. Двадцать человек плюс к своим восьмерым соответственно…

…Виталий несколько раз выкрикнул в мегафон предложение сдаваться. Белов не отвечал.

— Может, там и не киллер вовсе? — заволновался Джавад. — Как думаешь, Виталька? Вдруг это просто вор залез, а теперь боится высунуться, а?

— Не может быть, господин! — заявил Виталий уверенно. — Такие совпадения бывают только в американских телесериалах. Я в такие совпадения не верю!

— Но если там киллер, то почему он ничего не отвечает?! — задал весьма разумный, по его мнению, вопрос Джавад.

«Может, мне прикинуться обычным воришкой-неудачником да и сдаться? — думал между тем Север. — Все равно ведь никто меня не узнает… Да еще я так буду выглядеть, создам такой образ, что за крутого бойца меня сроду не примут. Выползет из дома этакий длинный тощий субтильный подросток, с голодухи прельстившийся богатствами чужого особняка… Нет, нельзя. Вора они от злости просто на куски порежут да закопают по частям в ближайшем лесочке… Или собакам скормят… Да-а, сдаваться нельзя. Надо драться…»

…Не получив от Виталика ответа на свой высокомудрый вопрос, Джавад насупился.

— Если там действительно всего лишь вор засел, то пусть только выйдет! — прогундел он злобно. — Я лично его на шашлык пошинкую вот этим ножом! — он вытащил из-под куртки здоровенный нож.

Помня сгоравшие в кислоте останки бедолаги Семена, Виталий понимал: слова хозяина — отнюдь не метафора. Джавад сделает именно так, как сказал.

— Нет, господин, я уверен, что там киллер, — сказал Виталик Джаваду.