– Мама, дай трубку папе!

– Кто это? – рявкнул в трубку отец.

При звуке родного голоса меня снова накрыло волной эмоций и захотелось впитать ее до капли, но желание втолковать кому-нибудь, что случилось и где мы находимся, пересилило. Ровным тоном я доложил:

– Папа, это Ти-Джей. Не вешай трубку, просто послушай. Мы с Анной после падения самолета добрались до острова. После цунами нас спасла береговая охрана. Сейчас мы в больнице в Мале.

– О Боже, – выдохнул отец. – Это ты? Это правда ты, сынок?

– Да, это правда я.

– Вы все это время были живы? Как же вы жили?

– Было нелегко.

– Вы в порядке? Не ранены?

– Все нормально. Просто устали и замерзли. И есть хочется.

– Как Анна, в порядке?

– Да, сидит рядом со мной.

– Не знаю, что сказать, Ти-Джей. Я нокаутирован. Дай минутку подумать. Нужно сообразить, как вас оттуда вытащить, – нашелся он.

Впервые за долгое время я сбросил с плеч тяжкий груз полной ответственности. Отец сам разберется, как доставить нас домой.

– Папа, Анна просит, чтобы ты позвонил ее сестре и держал ее в курсе.

Анна продиктовала номер телефона, и я повторил его в трубку.

– Мне очень не хочется прощаться, Ти-Джей, но в Чикаго восемь вечера и нужно срочно сделать несколько звонков, пока еще не совсем поздно. Посадить вас на самолет может быть сложно из-за одиннадцатого сентября. Если не смогу купить билеты на регулярный рейс, попробую забронировать чартер. Надеюсь, сумею организовать вам перелет на завтра. Можете уехать из больницы?

– Да, думаю, сможем.

– А добраться до гостиницы?

– Я спрошу, возможно, кто-нибудь согласится нас подбросить.

– Как приедете в отель, набери меня и я дам номер своей кредитной карты.

– Хорошо, пап. С мамой все нормально?

– Да, она рядом. Рвется с тобой поговорить.

Я с трудом разбирал ее слова на заднем плане. Услышав мой голос, мама снова заплакала.

– Не переживай, мам, скоро буду дома. Не плачь. Дай трубку папе, ладно?

Когда на линии снова оказался отец, я сообщил, что мы встретимся с местной полицией, а затем попытаемся добраться до гостиницы, и оттуда я ему перезвоню.

– Хорошо, Ти-Джей. Буду ждать.

– Он сейчас начнет звонить, – объяснил я Анне, нажав кнопку отбоя. – Сказал, что посадить нас на регулярный рейс может быть сложно из-за одиннадцатого сентября.

– Что за одиннадцатое сентября?

– Без понятия. В общем, возможно, он арендует для нас частный самолет. Если получится найти кого-нибудь, кто отвезет нас в гостиницу, надо будет позвонить папе оттуда и он даст номер своей кредитки. До завтра нам вряд ли удастся отсюда выбраться, Анна.

Она улыбнулась.

– Мы так долго ждали. Что такое еще один день?

Я обнял ее и притянул к себе.

– Мы возвращаемся домой. Домой!

Мы вышли из подсобки и отправились на поиски доктора Рейнолдса. Тот ждал в коридоре с двумя полицейскими. С ними был еще один мужчина в рубашке защитного цвета с вышитым на кармане названием чартерной авиакомпании.

Доктор Рейнолдс держал коричневый бумажный пакет с большим жирным пятном на боку. Улыбаясь, отдал его мне, и я тут же заглянул внутрь. Тако [7] . Я вытащил один и протянул Анне, а второй взял себе.

В хорошо прожаренную тортилью был завернут говяжий фарш с луком. По руке потек пряный соус. Я отвык от такого сытного запаха, от такого обалденного вкуса. Умирая от голода, я умял весь сандвич меньше чем за минуту.

Полицейские хотели побеседовать с нами, поэтому мы пошли за ними в пустой угол вестибюля. Я залез в пакет и достал нам с Анной еще по тако.

Полицейские говорили по-английски с жутким акцентом, их слова едва удавалось разобрать. Мы ответили на все вопросы, рассказав о сердечном приступе Мика, о крушении и об острове.

– Поисково-спасательная бригада нашла обломки самолета, но не обнаружила тел, – вздохнул полицейский. – Естественно было предположить, что вы утонули.

– Мик знал, что приводниться безопасно не удастся, и заставил нас надеть спасательные жилеты. Без них мы бы действительно утонули, – объяснила Анна.

– Спасатели искали тела, – продолжил второй полицейский, – но не слишком надеялись найти останки. Здесь водятся акулы.

Мы с Анной переглянулись.

– На берег вынесло кое-какие обломки самолета, а еще мой рюкзак, чемодан Анны и спасательный плот. Тело Мика тоже прибило к берегу, – сказал я. – Мы похоронили его на острове.