Когда раздался стук в дверь, Занкл уже знал - что-то случилось.

– Войди.

Дверь распахнулась, в проеме показался Дейл. Занкл ценил этого простоватого мальчишку. Такие, казалось, никогда не взрослеют, но в бою вдруг начинают полыхать яростью, снося все вокруг. Впрочем, для обычного дозорного ум не так уж и обязателен. Думать за него должен старшой.

Сегодня обычно озорной, как мальчишка, дозорный казался неожиданно серьезным и, даже повзрослевшим, что встревожило Занкла еще больше.

– Эдлай зовет, - сказал он, непривычно отводя взгляд.
– Злой, как оса... на Рэми.

– Кажется, я приказал мальчишке не показываться архану на глаза. Так чем же он сумел аж так досадить нашему Эдлаю?
– спросил Занкл, быстро одеваясь.

– С арханой скрутился... давно слухи ходили, но сам знаешь... мало ли, что глупые рожане болтают.

– А ты, урод, молчал?

Дейл покачнулся, ожидая удара, но Занкл лишь отмахнулся. Что придурка за дурость наказывать? Умнее от этого не станет. Да и Рэми это не спасет.

Кони остановились перед прятавшимся среди яблонь домом.

Полная луна заливала сад мертвенным сиянием. В такую ночь даже факелы не нужны, и так светло. Волновались под всадниками кони, раздраженно прикусывал губу Занкл. Все же Эдлай наглец. Целый отряд дозорных выслал на одного мальчишку! Стыд.

Но бывшему опекуну Армана так просто не возразишь. Вот и приходится тащиться посреди ночи арестовывать собственного друга. Только бы Рэми не сопротивлялся... не показывал своего дара. Или? Занкл сам не знал... может, лучше бы сопротивлялся.

Хотя маг Рэми или не маг, а от целого отряда дозорных ему не уйти... И отпускать его Занкл не собирался. Дружба дружбой, а своя шкура дороже. Гораздо дороже. Занкл обещал Арману не ввязываться в новые неприятности и обещание свое сдержит.

– Смотри, старшой!

В голосе Дейла промелькнуло удивление. Проследив за его взглядом, Занкл сначала вздрогнул, а потом довольно улыбнулся.

Старшой многое в жизни повидал. Но летающего коня видел впервые.

Изящное, красивое животное так заворожило падкого на красивые вещи дозорного, что тот не сразу и заметил сидящего на спине пегаса человека.

– Стреляй!
– отрезвил его крик Эдлая.
– Стреляй, уйдет же!

– Энхен!
– крикнул старшой, и почти физически почувствовал, как расслабились за его спиной дозорные.

Оно и понятно. В отряде Рэми любили, а Эдлая - нет, потому и летели стрелы упрямо мимо, хоть и близко: деятельность дозорные изображали умело.

– Придурки!
– закричал Эдлай.

Вспыхнули синим татуировки на запястьях Эдлай, разорвали воздух магические слова, и заклятие вызова серебристой стрелой метнулось в бездонное небо.

Занкл в раздражении сплюнул в траву. Что же, он сделал все, что мог. Еще немного и полетит мальчишка на землю, а с такой высоты... дайте боги, чтобы не убился. И на том спасибо...

Но тут случилось неожиданное: фигурки пегаса и всадника плотным коконом окружило синее сияние, зеркалом отразило стрелу заклятия, и Эдлай глухо застонал за спиной Занкла, падая в траву.

– Что это?
– шептал архан, пока один из дозорных помогал ему подняться.

– Понятия не имею, архан.

Занкл говорил правду. Еще не один кассиец не устоял против заклятия вызова. Ни архан, ни, тем более, рожанин. Дозорный и не знал, что Рэми аж так силен... а потому слишком опасен, чтобы жить.

Уже жалея и себя, и мальчишку, Занкл поднял лук. Пропела стрела, несясь к цели, дернулась фигурка на пегасе, предательски задрожали пальцы, чуть было не роняя лук...

Рэми удержался, не упал, пегас взмахнул крыльями, еще, унося всадника в усыпанное яркими звездами небо, и стрелы уже беспомощно падали на яблони, не в силах долететь ни до всадника, ни до крылатого коня.

Ушел. Но ранен.

"Не знаю, молиться мне за тебя, или просить богов, чтобы ты умер, Рэми."

– В дом!
– приказал Эдлай.

– Нет, - встал на его пути Занкл.
– Мальчишка виноват, признаю. Но он маг. И теперь это не твое дело, архан, а мое, моего отряда и Армана. Ты близко не подойдешь к семье лесника.