– Не темный я!
– обиженно вмешался в мысли знакомый голос.

Аланна вновь вздрогнула. И вновь выпустила шар, оставшись в темноте. Душу перевернуло от внезапного холода.

– Ну не белый - тоже. А что-то посерединке. Да ты не бойся, зла я тебе не желаю, как и твоим людям. Вы мне нужны живыми. Для силы. А ты свет-то зажги! И бояться перестань...

Страх и в самом деле ушел, наверняка, не без помощи божества, а на место ему пришло тупое равнодушие. Аланна создала новый шар света и чуть было вновь его не упустила: стена за пьедесталом исчезла, открывая пасть темного прохода.

– Т-с-с... это не моя работа, - ответило божество на ее мысли.
– Проход построили люди, не я. Иди, не бойся. Хочу тебе кое-что показать.

Аланна неуверенно вступила в темноту. Здесь было душно и холодно. Пыль покрывала пол толстым слоем, сквозняки шевелили паутину на стенах, кое-где остались на серых стенах и потолке следы копоти, а издалека доносились приглушенные голоса.

Вскоре на стенах начали появляться окошки, небольшие, всего с ладонь шириной, скрытые частой решеткой.

Аланна посмотрела сквозь одно из них и увидела комнату Эдлая. Опекун сидел за столом, изучая какие-то бумаги. Потом вдруг раздраженно смял лист в комок и бросил его в камин. Огонь с радостью принял подачку, ответил счастливыми искрами.

– Интересное зрелище, правда?
– съязвил все тот же насмешливый голос.
– Не бойся, он нас не видит и не слышит. Коридор делали маги - даже для магического зрения он недоступен. И ты здесь - в безопасности.

Шар мигнул в ладони арханы, на мгновение обжигая пальцы. Аланна усилием воли поправила заклинание, и свет шара стал ярче, интенсивней, а поверхность магического светильника сделалась мягкой и приятной на ощупь.

– Умница!
– заметило божество.
– Люблю одаренных людей. Но мы не на Эдлая пришли любоваться. Кому он, хрыч старый, нужен? Так что идем...

Аланна пошла. Странно, но незримое присутствие божества ее больше не пугало, скорее - успокаивало. Она проходила мимо решетчатых окон и слышала знакомые голоса - то Элана, то людей на кухне, то слуг в мастерской. И бесконечные повороты, то вправо, то влево, череда окон, через которые смотреть ей больше не разрешалось.

Божество торопило. Аланна начинала уставать. Вновь окошки, иногда - лужицы чего-то серого на полу, и пыльная духота. Архана уже собиралась спросить, когда они наконец дойдут до цели, когда ей можно будет отдохнуть, как коридор раздвоился.

– Влево!
– подсказало божество.

Аланна повернула. Дышалось тут гораздо легче. Пахнуло свежим воздухом, а окошко вдруг появилось не справа, как раньше, а слева, и сквозь него в коридор проникли солнечные лучи.

– Смотри!

Аланна посмотрела и в испуге отпрянула: за стеной, в двух шагах от нее, стоял Рэми.

– Опять вздрагиваешь! А зря, - раздраженно одернуло ее божество.
– Я ж предупредил - тебя никто не заметит. Даже твой дружок-маг.

– Рэми не маг, - быстро ответила Аланна.

– Это ты так думаешь, - язвительно отозвался голос.

Аланна вновь посмотрела в окошко и впервые задумалась. А, может, божество право? Что за человек Рэми? Аланна и сама сегодня утром не знала, что не поедет на озеро, а он знал. И не ждал ее на берегу, как обычно, а стоял у стены, окружающей тренировочное поле и наблюдал за дозорными.

Погода же была восхитительной, вполне подходящей для конной прогулки и Аланна пожалела, что осталась в замке. Мягко падали на песок ярко-красные листья обвивающего ворота винограда, золотились в воздухе паутинки. На шерстяной плащ Рэми опустилась вдруг крупная бабочка, невесть каким образом дожившая до столь поздней поры. Насекомое махнуло черными, в крупную крапинку крыльями, устраиваясь поудобнее. А Рэми ее даже не заметил: он жадно наблюдал за борющимися на песке дозорными.

– Твой друг любит играть в войну, как и все мальчишки, - усмехнулось божество.

Аланну передернуло.

На противоположном конце поля появился старшой. Занл шепнул что-то Дейлу. Тот покосился в сторону лесника и с готовностью кивнул. Потом вышел на середину поля, стянул тонкую тунику, поманил к себе Рэми.

Все тренировки разом прекратились. Дозорные образовали правильный круг, в которой вступил скидывающий на ходу тунику Рэми.