—Вот и хорошо, но позвольте все-таки мне, как специалисту-медику, задать вам еще несколько вопросов. Задумывалась ли вы, например, над тем, как можно передать в виде зримо представляемых образов такое простое понятие, как “стул”, если сидеть можно не только на венецианском стуле, но и на пеньке, камне и, наконец, на струе воздуха? Я уж не говорю о таких универсальных понятиях, как благородство, честь и доблесть, - наседал я на оппонента.

—Я думаю, что это не самое главное: придумать или зашифровать понятия; главное - научиться понимать, как они могут передаваться, понять сущность психической энергии, - отвечал Монтегю.

—А в чем же тогда преимущество телепатии перед радиоприемником?

—Хотя бы в том, что она не требует ни передатчика, ни приемника и обладает несопоставимой с радиовещанием мощностью и дальностью действия.

—Легко сопоставлять то, что есть, с тем, чего не существует.

—Извините, но мы базируемся на вполне научных доказательствах: компьютерный анализ всей информации, имеющейся по данному вопросу, выявил, что еще во времена древнеиндийских вед мысль считалась энергией, питающей все остальные энергии, возможно, за счет подключения к солнечным или космическим генераторам.

—Очень мило для физика-материалиста объяснять свои опыты ссылкой на сказочно-мифологические источники. Или вы переквалифицировались в историка и решили откопать свою парапсихологическую Трою?

—Оставьте при себе вашу иронию, мистер Брэдли, если не хотите, чтобы наша беседа прекратилась!

—Попытаюсь, хотя это не будет говорить в пользу вашей теории, сэр Монтегю.

—Задавайте вопросы по существу, ибо применение прибора и его разработка - совсем разные вещи.

—Вот и хорошо! Тогда скажите мне, пожалуйста, как вы представляете себе отражение действительности и появление образа в психике человека?

—Очень просто. Надеюсь, что вы, как врач, не хуже меня представляете устройство человеческого глаза, во всяком случай, помните, что он напоминает обыкновенную лупу. Преломленное и уменьшенное в хрусталике отражение предмета и отпечатывается на сетчатке, превращаясь на ней в сигналы, передающиеся в мозг.

—Прекрасное объяснение! Как раз на уровне физиологии прошлого столетия!

—И что же вас в нем не устраивает?

—Только то, что в жизни это происходит совсем не так, поскольку глаз совершает движения по предмету примерно так же, как и рука, ощупывающая его. Вот почему воспринимаемый человеком образ на самом деле состоит из сотен и тысяч самых разнообразных фиксирующих движений, и потому в памяти нет никакого чёткого изображения предмета, которое можно было бы передать.

—Я думаю, что даже нечёткая картина все-таки лучше, чем ее полное отсутствие. Если не может передаваться мысль сама по себе, то, значит, передается и воспринимается информация от электрической активности клеток голоного мозга.

—Если вы имеете в виду электроэнцефалографию, то она просто свидетельствует о суммарной активности клеток мозга, но практически не несет никаких сведений о перерабатываемой мозгом информации, и попытки извлечь её можно сравнить с поведением дикаря, пытающегося по шуму авиационного двигателя получить представление об его устройстве.

—Но ведь можно попытаться зафиксировать корреляцию между потенциалами отдельных клеток головного мозга и хранящейся в них информацией, и тем самым получить представление о способе зашифровки понятий и образов!

—Да, но в этом случае, во-первых, речь шла бы уже не о телепатии, поскольку под ней понимается передача именно мыслительных образов, а во-вторых, вы недоучитываете еще и того, что сами-то образы отнюдь не лежат на полочках мозговой библиотеки, согласно единому для всех людей библиотечному каталогу, а мозаично разбросаны в самых разных его отделах, причем у каждого человека достаточно индивидуально. Я уж не говорю о том, что полученные вами данные могут иметь какое-то значение только в контексте со всем увиденным и слышанным конкретного исследуемого индивида. Так что если бы вы и смогли научиться раздражать определенные группы клеток головного мозга, но не дали субъекту воспользоваться другой имеющейся у него информацией, то еще неизвестно, что воспринял бы и воспринял ли вообще что-нибудь этот, по существу, декапитированный субъект.

—Значит, вы вообще отрицаете, возможность передачи мыслей на расстояние?
– изумленно и растеряно вопросил Монтегю.

Смотря, что понимать под передачей мыслей и как ее осуществлять. Если речь идет не о передаче мысли как таковой, а о передаче той или иной информации, то почему бы и нет. Другое дело, как это осуществимо на практике. Мне кажется, наиболее интересным решением может оказаться изменение генотипа человека с созданием возможностей для передачи информации с помощью определенных видов электромагнитных колебаний, а если думать о более реальных вещах, то вполне можно представить себе микропередатчик, вживленный в человеческий организм…

—Я вижу, господа, что спор зашел у вас слишком далеко - неожиданно вмешался в нашу дискуссию Гарри.
– Думаю, что при желании вы сможете в дальнейшем его продолжить, а сейчас, извините, у меня осталось очень мало времени… Дорогой мистер Монтегю, я очень признателен вам за ценную информацию об успехах вашего общества и за те сведения, которые я почерпнул из вашей беседы с мистером Брэдли. Всего вам доброго, сэр!

Как только они раскланялись, и за Монтегю захлопнулась дверь, я коршуном накинулся на Гарри (любое другое сравнение просто не соответствовало бы истине):