Образ игровой политической структуры Азада больше всего походит на сложную систему американских праймериз: полтора года вычурных публичных единоборств, в которых решается, кто возглавит державу на следующий срок. Но есть параллели и с советской системой управления, в которой для успешной карьеры необходимо было освоить жонглирование цитатами классиков марксизма-ленинизма. Игра выражает сущность всей культуры, и столкновение Культуры с Азадом стало моментом испытания для обеих.

Роман «Материя» написан недавно и выглядит более жестким. Автор сразу адресует читателям паноктикум странных образов, которые напоминают бред юного сочинителя. Рациональное объяснение их появится в тексте много позднее. Главные действия происходят на нижних слоях пустотела Сурсамен, где гуманоидные цивилизации осваивают ружья, паровой двигатель и технологии войны. Но коварство, предательство и по-настоящему шекспировская жестокость встречаются как внизу, так и наверху, среди рас, находящихся на более высоких ступенях эволюции. Сюжет разворачивается параллельно на нескольких уровнях, и лишь к финалу все линии сводятся воедино.

Король сарлов, объединивший нижние уровни огнем и мечом, злодейски убит соратником. Принц Фербин в бегах, он надеется найти помощь в других мирах. Принц Орамен с тревогой наблюдает за действиями регента и сталкивается с предательством старых друзей, подставляющих его под нож. Принцесса Джан Серий давно уже стала в Культуре оперативником службы Особых Обстоятельств, но долг призывает ее на родину. Каждый из них сталкивается с вопросом: плыть дальше по течению или бросить вызов напастям родовой судьбы? Каждый сыграет важную роль в захватывающей и кровавой кульминации.

Декорации королевского дома позволяют Бэнксу насытить текст театральными метафорами. Например, актерское мастерство и знание литературных источников оказываются совершенно необходимы для выступлений на публике. Сцены с участием разных героев выстраиваются в тематические параллели, чтоб усилить художественный эффект. А местами встречается прямая стилизация под елизаветинскую драматургию: «Удачу в эти дни мне выдают мелкими монетами, мадам. И все же я надеюсь, что благодарность буду отсчитывать крупными купюрами».

Горизонт повествования постоянно смещается: только что герои чувствовали себя уверенно — и вдруг оказались персонажами чужого наблюдения и чужой истории. Одна из центральных сцен романа, проходная на первый взгляд, — встреча принца Фербина с бывшим оперативником Культуры, когда-то завербовавшим его сестру. Проблемы развития личности и цивилизации здесь связаны в один узел.

В мире сверхцивилизаций преодолены материальные ограничения, но искушение «замкнуться в ореховой скорлупе и считать себя царем бесконечного пространства» встречается на каждом шагу. Однако герои преодолевают его и в нужный момент делают нравственный выбор. Потому что материя имеет значение (название романа в оригинале многозначно), потому что человек имеет значение. Потому что страдания живых существ можно уменьшить, когда для этого есть условия и возможности. Нельзя быть просто зрителем, надо постараться стать хорошим актером на этой сцене.

Москва: Астрель, 2012.- 381 с.

Пер. с англ. М. Головкина.

5000 экз.

Человечество победило «консервные банки». Роботы потерпели поражение. Об этом радостном событии читатель узнает на самой первой странице. Книга, в оригинале называющаяся «Робоапокалипсис», повествует о конце человеческой цивилизации, слишком сильно увлекшейся механическими и кибернетическими игрушками. Перед нами хроника войны, развязанной роботами против создателей-людей. Виноваты в катастрофе, как водится, ученые, «копавшие слишком глубоко»: эксперименты по созданию ИИ привели к слишком положительному результату. Появившийся на свет ИскИн тут же, как принято со времен Франкенштейна, возненавидел своих творцов, принял имя Архос и растворился в компьютерной сети. После чего, в лучших традициях «Терминатора», он поставил под контроль всех роботов Земли и принялся скрупулезно изводить род человеческий. Ничего нового в сюжете нет. Читали это уже много раз. Хотя, казалось бы, писать после «азимовской революции» про роботов, компьютерных и механических тиранов в стиле «пальп-фикшен» начала XX в., по меньшей мере, странно. Больше всего «Роботы Апокалипсиса» поражают именно своей принципиальной неоригинальностью. Ведь даже в подробном описании боевых микромашин нет никакой новизны: похожие системы описал Ф.К.Дик еще в 1950-х гг., например, в повести «Крикуны».

Странная все-таки штука — популярность. Книга без единой новой идеи, словно бы составленная из лоскутков всей предшествующей НФ, тем не менее обласкана, отлично продавалась в США и даже вошла в число общелитературных бестселлеров.

Впрочем, не отличаясь особой выдумкой, роман действительно написан бойко, а события сменяются с калейдоскопической скоростью. Для ненапряжного времяпрепровождения в самый раз. Особенно, если вы никогда не читали других книг о «восстании машин».

Москва: Воздушный транспорт, 2012.
– 408 с.

2000 экз.

«Трудный путь» — в некотором роде сборник тематический, посвящен жанру повести. В книгу включено шесть произведений средней фромы.

Центральные тексты этой коллекции — повести Э.Геворкяна «Деревянные облака» и Д.Володихина «Зябкое сердце». Объединяет их то, что значительная часть событий в обоих текстах происходит на Марсе. Написанная еще в 1985 году повесть Э.Геворкяна удивляет художественной яркостью, нетривиальностью идей и нерастраченной актуальностью; она и сегодня читается с интересом, когда внимательно следишь и за перипетиями сюжета, и за умственными усилиями героев, пытающихся выяснить, с чем же они столкнулись: явлениями из параллельного мира, перемещениями во времени, влиянием иного разума или просто вывертом собственного сознания. Повесть Д.Володихина более камерна, романтична и напоминает сказочную историю любви в НФ-антураже. Она больше привлекает своей литературной проработанностью.